Мурррашки. Истории о котах и человеках

 – Она кивнула, едва улыбнувшись уголками губ. – Севушка, пойдём, ты же знаешь, сколько дел у врачей.

– Пойдём, конечно. Нельзя заставлять ждать тех, кто спасает человеческие жизни. – Он, чуть отойдя в сторону кабинета доктора Благородного, подмигнул девушке. – Увидимся, на связи!

О какой связи идёт речь, она не поняла и в ответ только развела руками. Но на следующий день, вне расписания для посетителей, в дверь её палаты постучали.

– Да… – Вытянув шею, Надя замерла в ожидании.

Появившийся ёжик и шапочка сразу выдали хозяина.

– Привет, ну чё? Как житуха? Айболит сказал, что тебе лучше становиться, жить будешь.

– Вообще-то, он должен хранить врачебную тайну. – Задержав дыхание, Надя приподнялась.

– Я тебе тут припёр кое-чё. – Он положил пакет на тумбочку. Надя почувствовала цитрусовый запах. – Мне хорошо зашли и тебе должны помочь.

– Свити? Откуда знаешь, что я их люблю? – Девушка оживилась и вытащила зелёный плод.

– Чуйка. Ладно, погнал, а то бабуля стрессанёт.

Через пару секунд Надя осталась наедине с кисло-сладкими дольками.

Ближайшую неделю гость также неожиданно появлялся и практически мгновенно исчезал, оставляя свити и лоточки с клубникой. Пару раз старшая медсестра, вводя иглу в истерзанные вены Нади, будто между делом сообщала, что не понимает, зачем Всеволод ходит к доктору, если его история болезни закрыта, и, видимо, навсегда. Девушка лишь пожимала плечами.

Прошло ещё пару дней, за ними выходные. Надя стала вздрагивать от каждого шороха и чаще смотреться в зеркало.

Но Сева не появлялся. Зато пришла мама, ездившая домой, в Мышкин. С собой она принесла спортивную сумку, с которой ходила на тренировки по йоге.

– Привет! Я так соскучилась! Знаешь, скоро станет тепло, солнышко уже пригревает. Но ёлку не разбирала, вернёшься, устроим настоящий Новый год.

– Мам, уже февраль заканчивается, ну какой Новый год? – Она прислушалась. Рядом раздавалось тихое мяукание. – Не пойму, откуда звук? Мам, ты привезла Пуфа в Питер?

– Надюш, тётя Ирина ходила к нам его кормить.

Но этот засранец отказывался есть, даже рыбу и мясо, просто лежал на твоей кровати. Она взяла Пуфа к себе. Ты бы видела, что он там устроил! Подрал обои, тюль когтями превратил в лапшу, нагадил Сашке в ботинки. Я съездила, забрала эту серую морду. С вокзала сразу к тебе. Не успела придумать, что с ним делать дальше. Главное, чтобы никто не увидел.

– Пуф, миленький! – Надя расстегнула сумку, и из неё выпрыгнул кот. Худой, испуганный.