Мусины бусины

Вдруг послышался шорох и громкая ругань: «Да у тебя руки с мальства к труду не приучены, кто ж так мотыгу держит?» Муся повернула голову и увидела двух гномов: один степенный, с окладистой бородой, второй – нелепый, в колпаке, сползающем на глаза, и в одежде не по размеру, в которой он постоянно путался.

– Вы настоящие? – уточнила Муся.

Гномы угрюмо уставились на неё.

– Сама ты ненастоящая, – обиженно пробасил солидный гном.

– Ненастоящая, – поддакнул второй.

– Извините, – начала оправдываться она, – просто мне кажется, что вы плод моего воображения.

Про плод воображения Муся узнала от бабушки во вчерашнем разговоре.

– Тогда ты с приветом, раз сама с собой разговариваешь, – съязвил первый гном.

– С приветом, – пискнул второй.

– Сами вы сумасшедшие, – надулась Муся.

Гномы внимательно разглядывали её.

– Ладно, – вздохнул старший, – будет тебе сказка.

– Расскажем, – кивнул младший.

– Я не просила, – всё ещё дуясь на них, заметила Муся.

– Но ведь хотела? – в один голос уточнили гномы.

Она угукнула, гномы раскурили трубки и начали повествование:

«Однажды в земли гномов вторгся злой огнедышащий дракон. По праву сильного он отобрал Хрустальную скалу, где добывалось жидкое пламя. Это был удивительный кристалл: казалось, что под прозрачным стеклом танцует живой огонь. Но теперь путь к рудникам был закрыт: дракон не пропускал никого. Мало того, на подступах к горе он разрешил поселиться злым оркам и троллям, которые своим дыханием убивали всё живое.

Гномы и близко не могли подойти к Хрустальной скале и влачили жалкое существование. Но однажды появился среди них храбрец, который смог украдкой пробраться в гору. Он тайком миновал орков и троллей и проник в пещеру дракона. Метким выстрелом поразил дракона прямо в глаз и убил его. Храбрец открыл гномам путь в рудники. Орки и тролли в ужасе бежали прочь».

Рассказчики замолчали.

– Всё, если коротко, – объявил бородатый гном.

– Ага, всё, – подтвердил второй, потирая гладкий подбородок, будто бы проверяя, не выросли ли у него за время рассказа борода, как у старшего приятеля.

Муся моргнула, а когда снова открыла глаза, обнаружила, что гномы исчезли. Только слышался удаляющийся топот маленьких ног, обутых в крепкие деревянные башмаки.

– Да что ж такое? – раздался бабушкин голос. – Маруся, ты оглохла, что ли?

Муся, чувствовавшая вину за вчерашнее, беспрекословно вылезла из беседки.