Муся, Черный Ботинок и Молочная Фея

– А у тебя, дружок, подметка оторвана? – Бабушка развернула полотенце.

– Оторвана, – стыдливо пробурчал Ботинок и принялся есть кашу.

– Не чавкай! – сказала Муся.

– Трудно не чавкать, если у тебя нет половины зубов, то есть гвоздей, – прошамкал Ботинок, поглощая кашу.

И действительно, гвозди из его подметки торчали редко и криво.

– Скажите пожалуйста, и у меня недавно два зуба выпали. Мы с тобой друзья по несчастью, – посочувствовала Ботинку Муся.

Съев всю кашу, Ботинок поблагодарил Бабушку, сбросил с себя полотенце и постарался принять горделивую позу.

– Надеюсь, все понимают, что обувь гораздо важнее одежды! – многозначительно произнес он. – История моей жизни полностью доказывает это утверждение. Прошу сесть поудобней. Рассказ будет долгим.

– Бабушка, а он тоже не выговаривает букву «р» – радостно воскликнула Муся, – Он сказал «лассказ» вместо «рассказ».

– Перебивать рассказчика нехорошо, Муся, – заметила Бабушка, – Давай послушаем историю Ботинка, а потом ты научишь его стишкам, которые надо читать, чтобы буква «р» была правильной.

Но Муся уже подпрыгнула и затараторила, старательно выделяя букву «р»:

Драчливый Дружок играл во дворе —

От Мурки клочки мы видим везде.

Дружка наказали: на цепь привязали.

Теперь наша Мурка спокойна за шкурку.

– Разве тебе не интересно, что расскажет Ботинок? – удивилась Бабушка.

– Интересно, интересно, Ботиночек, продолжай! – Муся, наконец, уселась рядом с Бабушкой, подложив руки под себя, чтобы ни на что не отвлекаться.

Боясь потерять внимание, Ботинок торопливо продолжил:

– Так вот. Ботинки важнее, чем какая-то там шляпка или кофточка. Босиком далеко не уйдешь. А в таких, как я, ботинках, – куда угодно. И потом, я из настоящей кожи. Посмотрите, какой у меня фасон, ничего лишнего: строгий черный цвет, шнурки в тон, элегантно закругленный носок, устойчивый каблук. К тому же подметка прибита специальными сапожными гвоздями. «И в пир, и в мир, и в добрые люди», как говорил мой отец – кавалерийский сапог.

Муся с Бабушкой внимательно присмотрелись к рассказчику. От былой красоты Ботинка мало что осталось. Кожа была поцарапана, каблук стоптан, а шнурков и вовсе не было. Чтобы не обидеть Ботинка, они не стали ему возражать и промолчали.

– Да, я нуждаюсь в ремонте, – поспешил продолжить Ботинок, поймав взгляды слушателей, – но никакие жизненные передряги не могут сломить мой волевой характер и боевой дух.