Мы живем на Байконуре. Весна

Вот им было тесно от себе подобных, они толкались, расталкивали друг друга, а вот уже расталкавшись, получив относительную свободу, не спеша плыли вниз по течению. И мимо нас нескончаемым потоком текла сплошная каша из льда, льдин, где-то тихо, где-то вращаясь, сталкиваясь друг с другом с шумом… Зрелище было величественное и обворожительное. Казалось льдины в реке, как стеклышки в калейдоскопе составляли все новые и новые узоры и невозможно оторваться от этого завораживающего, околдовывающего действа.

Не знаю сколько времени стояли мы на берегу, может час, а может и больше. Народ насмотревшись на зрелище и замерзнув, уходил домой. На встречу им шли другие люди, ещё не видевшие ледоход, и конечно хотевшие все увидеть своими глазами. Мы тоже замерзли и пошли домой все ещё находясь под впечатлением увиденного. Даже лежа в кровати вечером, засыпая, я казалось видел все ещё вращающиеся и движущиеся льдины перед глазами.

На следующий день мы снова пошли с папой на берег.

Снова было много гуляющих людей, может даже больше чем вчера. Воды в реке прибавилось, это заметно по срезанным вчера льдом будыльям камыша, которые теперь были под водой. А вот льдин стало заметно меньше. Река казалось расправила грудь, вздохнула и теперь льдины, в основном большие, неторопливо и величественно проплывали мимо.

– Куда они плывут? – спросил я папу.

– В Аральское море.

– А Аральское море далеко?

– Нет, рядом тут…

– А потом?

– А потом они растают.

Море не замерзает? А если оно замерзает, то где поместятся все эти льдины, которые толкаясь стремятся туда, на волю, ведь там свои льдины?

Мне было жалко льдины. Я представил как они, стараясь освободиться, вырваться из оков сковывающих их всю долгую зиму, на свободу, толкаясь стремились на волю. А получив эту долгожданную свободу, наконец приплыв в огромное море свободными, вдруг растают, все равно как умрут, завершив свой жизненный цикл. Грустно.

В понедельник на речку я не попал, а во вторник уговорил маму и на прогулке мы тоже пришли на берег.

Воды в реке ещё больше прибавилось, река словно вздулась, вздохнула полной грудью, и не выдыхая, катила мимо мутную свинцовую, холодную воду. На надутой её груди ещё встречались льдины, но было их уже совсем мало и были они уже не большие. Мальчишки с обрыва пытались камнями попасть в проплывающие мимо льдины, свистками и криками подтверждая каждое удачное попадание.