Мы с братом и Рыжая

Сам хотел всю выпить? То-то ты рванул в магазин, как на соревнованиях!

Илья подскочил как ужаленный:

– Я?! В одиночку?! Без тебя? Да ты, да как ты!.. Вот. Смотри. Бутылка нетронутая! Это меня Рыжая из окна облила! Я иду себе, и вдруг сверху… Я ошалел, ничего не понимаю, гляжу наверх, а в окне башни – она, с пустым ковшом, хохочет, рожи корчит и язык показывает.

– А ты?!

– А что я? Мокро, противно, липко… Мухи налетели. Кулак показал и убежал. Что теперь маме сказать? Что меня соседка облила? А если она обидится за сына и пойдёт разбираться с ними? Или, ещё хуже, расскажет папе?

– М-да… Придётся сказать, что ты купил колу, хотел выпить сам и случайно облился.

– Из бутылки так облиться невозможно. Скажу, что кола была нагретая и выстрелила фонтаном. Открой бутылку и отпей побольше. А я пойду помоюсь, не влезать же такому в чистое. Надо же, второй раз за день мыться!

Меня трясло от злости. Ух ты, поганка какая! Она что, следит за нами? Увидела, что Ильюшка пошёл с сумкой, приготовила колу, бутыль – не меньше, и сидела с ковшом, ждала, пока он пойдёт обратно.

Ну паучиха! Из какого окна она его облила? Из того, что в башне, напротив нашего дерева, или которая на углу? Если напротив, то я ей напишу, что о ней думаю, и выставлю. Пусть почитает. А что написать, чтобы проняло? А то этим сытым плевать, что о них думают. Только порадуется, если покажу, что разозлился.

Я схватил листок картона, быстро написал чёрным фломастером: «Рыжая-бесстыжая! Кола-то пролитая, и ты теперь немытая! Кока-кола истраченная – волосы будут некрашеные!» Вообще-то глупо написал, ну и ладно, умных стихов она не стоит.

Я взял картонку и полез на дерево.

Окно башни было прямо напротив моего гнезда. Раньше мы в него не заглядывали, смотрели на двор, а сейчас я из глубины листвы стал глядеть на него в бинокль. Сквозь занавеску комнату было не разглядеть, но кто-то в ней был: занавеска иногда колыхалась, будто её касались изнутри.

Я ждал. Вдруг занавеска сдвинулась в сторону, и появилась Рыжая, собственной персоной, глянула вниз, на пустую улицу, полюбовалась мокрым пятном, посмотрела на наш забор, усмехнулась и исчезла.

Так. Ясно. Это её комната. В бинокль были хорошо видны кровать с набросанной на ней одеждой, всякие картинки на стенах, кресло с большим плюшевым леопардом, стол с компьютером – в общем, всё, что полагается в девчоночьих комнатах. А на подоконнике – ковш.