Мышка из Мышкина и величайшее ограбление банка, которого никогда не было

 – А это многоуважаемый Петр Ильич Чайковский – один из величайших композиторов мира!

И с этими словами, потянув Мышку за лапку, поспешил к памятнику.

На плечах маэстро, на коленях, под ногами толпились голуби – сизые, белые, коричневые. Все они шумно ворковали. Шёл ежегодный Всеголубиный конгресс музыкальных теоретиков.

– Ах, мы опоздали, – занервничал Николай. – Выступления назначены на девять, а уже половина десятого!

На голове памятника важно разгуливал солидного размера голубь. Весь серый, с белой манишкой.

Под крылом у него был зажат портфель с важными документами: протоколом заседаний, списком выступлений и так далее. Это был председатель. Он заканчивал свою речь.

– …Музыкальная теория – это теория музыки, музыкальные теоретики – это теоретики музыки, – многозначительно объявлял он весьма очевидные вещи. – Семь нот – это три кита[4 - Обычно так говорят, когда что-то является основой основ или опорой чего-то. В древности некоторые народы считали, что Земля плоская и держится на трёх китах, которые плавают в безбрежном мировом океане.

То есть эти киты и являлись опорой мироздания. Отсюда образовался фразеологизм «три кита».]! – вдохновенно провозглашал выступавший. Слушатели суетились, кружились на месте и одобрительно хлопали крыльями.

Мышка плохо разбиралась в теории музыки, поэтому очень скоро ей стало довольно скучно. Она решила не терять времени и поскорее отправиться на поиски железнодорожного вокзала. Николай был слишком увлечён происходившим и позабыл о том, что собирался её проводить.

Ох уж эти музыканты! Маруся вздохнула, но не стала его отвлекать.

Взглянув ещё раз на памятник великому композитору, Маруся поймала себя на мысли, что выражение лица у Чайковского было весьма хмурое – казалось, что он был крайне недоволен тем, что председатель конгресса бесцеремонно водрузился у него на макушке. Впрочем, птицы – это удел всех памятников, поэтому приходилось терпеть.

Глава 4. Новые знакомые

Маруся растерянно стояла на огромной площади, посреди спешащей куда-то многоногой толпы, и чувствовала себя очень одинокой – просто маленькая мышка с маленьким чемоданчиком.

Рёв моторов, гул голосов буквально обрушились на неё.

Неожиданно запахло свежеиспечёнными булочками, корицей и миндалем. Запах исходил из небольшой кофейни на другой стороне площади. Маруся, сразу вспомнив гостеприимный дом Михаила Ивановича, решила туда зайти и передохнуть.