На берегах Северной Двины

Девочка поздоровалась, снова погладила:

– Молодец! Молодец! Ну, давай теперь вторую!

И Альма опять ей подала лапу! Главное, мне никогда не давала, а тут здравствуйте-пожалуйста! Вот вам и правую, вот вам и левую!

Я к ним подошёл и прикрикнул:

– Альма, ты чево?! Предательница, что ли? – Потом повернулся к девочке: – А ты чево?! Такая маленькая, а тут чужая собака! Она и укусить может!

Альма завиляла хвостом и начала тянуть свой нос к пахучей булке.

– А мне и не страшно! – И девочка показала язык.

– Вот дурёха-то! Отморозишь свою лопату, будешь знать!

– Ничего и не отморожу! – И она снова погладила Альму.

Это уже специально она сделала, чтобы я занервничал. Я отломил кусок булки и начал подзывать Альму:

– Альм! Альмочка, иди ко мне! На-на-на!

Альма тут же подбежала и склацала кусок.

– Ну и ладно! – сказала девочка и отвернулась.

Я понял, что она проиграла и сейчас заплачет. Что сейчас будет море слёз.

– Хочешь, и тебе отломаю?

– Угу, – всхлипывая, буркнула она.

Я снова отломил кусок от булки и подал девочке:

– На? вот! Не жалко!

Она взяла у меня хлеб и бросила Альме.

– А почему вы так собаку назвали – Альма? Почему не Дружок или Шарик? – спросила девочка.

– А-а-а… Это тятя выдумал. Он когда её щенком принёс, у неё были очень большие висючие уши. Он вытащил щенка из-за пазухи, поставил на пол, потрепал уши и сказал «вылитая пальма».

– Знаю я! – улыбнулась девочка.

– Ну вот и прозвали щенка Пальмой. Правда, потом у неё голова подросла и сама она немного подвыросла, а уши остались как были и даже меньше кажутся. Вот и осталась от Пальмы – Альма. А тебя-то хоть как звать?

– Галина.

– У-у-у! Такая маленькая и Галина! Давай-ка пока ты будешь Галчонок, а когда подвырастешь и голова у тебя станет нормальная, тогда и лишнее от Галчонка отпадёт.

– Давай! – согласилась девочка Галчонок.

И так мы шли до самого моего дома, болтали о том о сём, отламывали хлебные кусочки, то сами ели, то Альме бросали и даже не заметили, как полбулки слопали. Возле самого крыльца Галчонок спохватилась:

– Ой! А тебя-то как зовут, я и не спросила. – И они с Альмой посмотрели на меня своими большими глазами.

– Давай руку!

– Зачем это? – Галчонок спрятала руки за спину.