На качелях между холмами

В общем-то, я так и поступал, когда киношные надоедали и когда сам научился читать…

Из воспоминаний меня вырвали визг тормозов и крик водителя:

– Ай, сволочь, да куда же ты бежишь? Зачем сам под колёса лезешь?

Я вздрогнул, зажмурился, весь сжался. Но, услышав облегчённый вздох водителя, открыл глаза и посмотрел в окно. На обочине стояла собака с высунутым языком и довольно виляла хвостом.

Помощник водителя высунулся по пояс из окна и прокричал ей, словно она могла понять его:

– Дура, э! Зачем пиригаешь под колёса?

Я улыбнулся.

Думаю, я сам тебя с трудом понимаю, а ты ещё с собакой разговариваешь. «Пиригаешь…» Сам ты пиригаешь. Говорю же, ездить нужно аккуратно. Хотя к этому водителю никаких претензий у нас не было. Он действительно ехал степенно. Вот так бы все…

Добравшись домой, мы с Юркой стали думать, что делать дальше. И вдруг мне в голову пришла гениальная идея.

– Юрец! – заорал я. – Я знаю, что делать.

– Что? – вытаращив глаза, подпрыгнул Юрка.

– Мы сами этот знак нарисуем.

– Как? – удивился друг.

– Очень просто! – говорю я. – Выпилим из фанеры треугольник и нарисуем знак. Ты же умеешь рисовать?

– А размеры? – выпятил губу Юрка.

– Ерунда какая, – говорю я. – Знаки, они же все одинаковые. Вон на перекрёстке знак стоит и за переездом штук пять. Что нам стоит их измерить?

Через полчаса с помощью стремянки и школьной линейки мы выяснили, что стороны треугольников у разных знаков имеют разную длину. Есть знаки со стороной в шестьдесят три сантиметра, а есть и по восемьдесят три.

– Какой размер будет у нашего знака? – спросил Юрка.

– Давай сделаем средний, – предложил я, – пусть будет семьдесят сантиметров.

– Правильно, – согласился Юрка. – Ни нашим, ни вашим.

Осталось найти кусок фанеры и краску. И это мы всё разыскали без проблем. У деда в мастерской (так он называет свой сарай), если захочешь, хоть чёрта живого отыщешь. Дед, конечно, с подозрением отнёсся к нашей идее. Но мы наврали ему с три короба.

Пояснили, что были у начальника ГАИ, и он лично сам нам разрешил повесить на въезде этот знак. По выражению лица деда было заметно, что он нам не поверил, однако почему-то не стал нас переубеждать и отговаривать от этой затеи. Только предупредил, что, если власти пойдут на принцип, отцу придётся платить штраф.

– Что будем делать? – нахмурился Юрка.

– Отступать некуда, – шучу я, – позади Москва.

– А ты не боишься, что отец всыпет тебе? – спрашивает Юрка.