На правом траверзе синий ветер

Но от вопроса всё-таки не удержался:

– А у вас стреляли?

– Пару раз, – Пётр грустно улыбнулся и пожал плечами. На мгновение в его глазах Март увидел чёрные точки пустоты, словно новый знакомый о чём-то вспомнил. Но Петька тут же спросил в ответ:

– Сводите меня на батарею? Завтра ведь тоже пойдёте туда фотографировать?

– Что, уже всё разболтала? – ехидно поинтересовался Март у Гали. Девочка вздёрнула нос и тяжко вздохнула, всем видом показывая своё отношение к таким претензиям. Мартин же сказал, обращаясь к Петру:

– Понимаешь, наша береговая батарея совсем не знаменита.

Тут никто не воевал.

– Знаю, – ответил Пётр. – Я вообще очень интересуюсь военными фортификациями. Мы с папой два года назад даже ездили в Крым, в Севастополь, чтобы посмотреть на бастионы. А год назад мне в интернете попалась давнишняя фотография со ржавым береговым орудием посреди леса. Я тогда очень удивился. А потом мы с папой нашли много интересного про форты Владивостока и линию укреплений до самого залива Владимира, где в годы русско-японской войны был затоплен крейсер «Изумруд».

У вас тут столько интересного!

Мартин с открытым ртом смотрел на Петьку во время этого рассказа. Он, конечно, тоже немало знал о линии береговой обороны юга Приморского края, но этот беженец из страны рядом с другим краем огромной России его поразил. Это же надо, человек, живший так далеко, интересуется старыми руинами. Галя тоже оказалась удивлена. Уже втроём они принялись обсуждать планы на завтра. Конечно, в марте ещё оставались какие-то сомнения, но с каждой минутой они рассеивались.

Петька явно оказался настоящим.

В жизни Мартин Пузов делил всех людей на три типа. Первый, самый непредсказуемый и опасный – взрослые. Они, конечно, бывают разные, но все без исключения словно забыли, что когда-то тоже были детьми. Разговаривая с ними на волнующие темы, следует соблюдать дистанцию, что ли. То, что для тебя важно, взрослые вполне могут посчитать никчемным и пустым. А то, что для тебя лишнее и мешает жить, для них вдруг может оказаться чуть ли не самым главным.

Как, например, извечный спор Марта с родителями на предмет полезной еды. Дело в том, что мальчик терпеть не мог куриные яйца. Ни в каком виде. А мама с папой пребывали в убеждении, что для растущего ребёнка нет ничего важнее, чем сваренное вкрутую яйцо на завтрак.

Второй тип людей для Мартина составляли «гопники». К ним он относил всех, кто так или иначе норовил испортить ему жизнь.