Послушание и наказание

Мужчина, наверное, и вправду очень спешил, так как тут же ушел, не попрощавшись.

Я еще пару минут посидела на кухне.

Вдруг Декарт из тех людей, кто вечно забывает что-то перед выходом и возвращается назад. Но, убедившись, что он точно уехал, я разблокировала смартфон.

У меня еще осталось двадцать процентов заряда и было миллион пропущенных от Маруси и моего шефа.

Нервно сглотнув, я решила первым делом сделать самое неприятное и набрала номер Олега Викторовича, прекрасно понимая, что сейчас он обрушит на меня всю злость…

Глава 17

– Объявилась наконец! – вместо приветствия рявкнул на меня Олег Викторович.

 – Ты совсем страх потеряла?! Ты хоть понимаешь, что ты натворила?!

– Олег Викторович, простите! – принялась оправдываться я. – Я не знаю как у меня так с Вашей машиной получилось. Но ведь Господин Эдер Вам все оплатил!

– Этот упырь, конечно, оплатил, – продолжал бушевать он. – Но мои документы по растаможке попали в ментуру! Все, красавица, моя. Дело шьют. И ты у меня пойдешь первая! Думала спрятаться в койке этого нелюдя? Не выйдет!

– Что же мне делать? – я расстроено шмыгнула носом.

 – Пожалуйста, помогите!

– Помогу, – буркнул шеф, – только ты давай возвращайся назад. Черт его знает, как мы выкрутимся, но давай уже крутиться вместе.

– Господин Эдер запретил мне выходить из дома, – пожаловалась я.

– Ну так и не выходи пока, – смягчился шеф, очевидно, смекнув, что я не отказываюсь от своей вины. – Мне хоть тебя вылавливать не придется. Но будешь делать все, что я скажу, поняла?!

– Да, – жалобно ответила я.

– Мать твоя мне вчера звонила, спрашивала почему ты домой не пришла, – продолжал отчитывать меня шеф. – А мне это надо? Еще перед матерью тебя прикрывать! Она, видишь ли, подруге твоей позвонила, та не догадалась за тебя вступиться, ну она и брякнула мне. А я что? Ну сказал, что отправил тебя по срочному делу, а телефон у тебя сдох. Позвони ей после нашего разговора.

– Спасибо, Олег Викторович! – горячо поблагодарила я.

Шеф всегда сначала угрожал мне, а потом уже предлагал помощь.

Так что тут главное как можно более искренне изобразить раскаяние, а там он уже и оттаивает.

– Давай, с матерью своей уже как-нибудь сама разбирайся, – снова пригрозил он. – Чтобы это в последний раз. Она и так думает, наверное, что я уже твой мужик. Мать хоть пожалей!

– Да, Олег Викторович! – снова согласилась я.

– Значит, так, – деловито продолжил он. – Сейчас пришлю тебе контакты одного человечка.