На пороге

Тяжело даётся парню.

Алексей Викторович открыл папку. Полистал документы. Достал один из листов, отложил в сторону и принялся водить пальцем по строчкам.

Посетители, кажется, перестали дышать. Алексей Викторович чувствовал аромат манго – шампунь девушки. Похоже, прямо перед выходом голову мыла. Чувствовал спёртый запах сигарет – от парня. Жёлтые ногти на указательном и среднем пальцах правой руки подтверждали догадку. Ещё Алексей Викторович чувствовал страх, который становился сильнее с каждой секундой.

Так, Виталий и Мария.

Алексей Викторович давно знал – чем жёстче, тем лучше.

– Вы же знаете, какой показатель нормы, – он внимательно посмотрел сначала на парня, потом на девушку.

– Тридцать процентов, – Виталий сжал в руке пальцы Марии.

– Вероятность рождения нездорового ребёнка в вашем случае – более тридцати пяти процентов.

– Всего пять процентов разницы, – Мария опустила взгляд и прикрыла ладонью свободной руки искривившиеся губы.

– Ей осталось пять лет, – парень смотрел прямо на Алексея Викторовича, не мигая.

– Годы не имеют значения. Если бы вы попадали под процент – я бы ещё мог что-то сделать. С такой цифрой – я бессилен.

Мария начала беззвучно вздрагивать телом. Было видно, что её пальцы побледнели.

– По жа луй ста, – повторил по слогам Виталий. – Если надо…

– Деньги не помогут.

Алексей Викторович встал со стула и поклонился как можно ниже.

– Извините, у меня через минуту следующий посетитель.

Дверь хлопнула, и Алексей Викторович ещё долго чувствовал в кабинете вкус сигарет и манго. Одна роспись – и они бы падали тебе в ноги. Но одна роспись – это слухи, это ещё сотни таких же просильцев с тяжелой судьбой, это утраченная репутация неподкупного директора.

Взятки того или иного рода брать иногда приходилось, конечно же. Но никогда – деньгами. И никогда – малознакомым людям. Только влиятельным и важным персонам. Абсолютно инкогнито. Далеко не у всех из сильнейших мира сего показатель дотягивал даже до сорока процентов.

Приходилось выкручиваться.

Стало противно. Взрослый мужчина, а через день приходится чувствовать себя моральным уродом. Да ещё и перед какими-то юнцами! Как она вообще сюда их провела, дура малолетняя. Другие за полгода записываются – а тут на-те, нашла лазейку в расписании. Лиса, не даром так называют.

Выпить захотелось ещё сильнее. Лишь бы перебить запах сигарет и манго.