Во тьме его желаний

Как же можно упустить такой случай?

Девушка послушно раскрыла рот, но недостаточно широко, поэтому часть супа пролилась по ее подбородку и накапала на грудь. Девушка поспешила стереть все с подбородка, но не подумала, что взгляд мужчины прикован совсем не к ее лицу.

– Ничего, – ободрил ее Армин. – Во второй раз получится. Открой свой ротик пошире.

Афина волнительно задышала через приоткрытые губы, но все же решилась и вновь открыла рот. На этот раз все прошло хорошо, и теперь она продолжала делать это, а ее тугие вершинки по-прежнему царапали ткань каждый раз, когда она открывала рот.

Ну разве она не прелесть?!

Армин за секунду представил какой она будет для него послушной и безотказной девочкой. Будет делать все, что он ей прикажет, робеть и стыдиться своих действий, но только еще больше заводиться от этого. Мужчина сжал кулак, чтобы сдержаться от прикосновения к ее сочным губкам, которые она так старательно облизывала после каждой ложки.

Нужно подождать! Он прикоснется к Афине вечером.

Сейчас нужно просто успокоить его невероятно сексуальную малышку.

– Хочешь еще? – ласково спросил он, когда Афина доела последнюю ложку.

– Нет, спасибо большое, – она с облегчением вздохнула.

Было видно, что этот обед для нее был прекрасной пыткой.

– Тогда я обработаю твои глазки, а затем дам успокоительного, – сообщил он.

Пересадив напряженную как струна девушку на кровать, мужчина тщательно выполнил все предписания, любуясь изумительно красивыми глазами девушки.

Они были светло-карие, однако снежинка на радужке была настолько темного цвета, что создавало видимость немного расширенных зрачков. И сейчас, под воздействием такого пикантного состояния, глаза девушки казались ещё больше и еще прекраснее.

Армину очень хотелось переодеть Афину, так как теперь на ее сорочке красовалось маленькое пятнышко, но все же он сдержал себя.

Пусть успокоится, бедняжка.

– Перевернись на живот, – приказал мужчина, предвкушая снова увидеть эти милые трусики с сердечками, которыми Афина так щедро завела его сегодня.

 – Я вколю тебе успокоительное.

– На живот? – запаниковала она. – А можно мне таблетку? Или сироп?

– Я сказал «на живот», – строго повторил Армин, хотя сам еле сдерживал улыбку.

– Господин Армин… – Афина вцепилась пальцами в сорочку, желая бороться до конца. – Тогда можно без успокоительного. Я так устала, что и без него засну.