Ангельский факультет. (Не) истинная пара

Он притянул меня к себе, впился в губы ледяным поцелуем. Я затрепыхалась от осознания, что из этой хватки никак не вырваться, слишком остро ощущая свою наготу и беспомощность.

Неужели вместо мелкой нечисти я вызвала Чёрного Ангела?! Никогда не видела и мало о них знала – только то, что они непримиримые враги из Нижнего мира. А ведь большинство нечисти обитает в Среднем!

Мужчина оторвался от моих губ, разглядывая, будто пытаясь что-то найти в лице и глазах. Исходящие вечной мерзлотой руки скользнули по моему телу – одна вверх, к щеке, вторая вниз, к груди.

Его глаза полыхнули жаждой, будто последние тысячелетия он там томился на голодном – и холодном – пайке, призванный сжал мои плечи с такой силой, что я поняла: не остановлю!

Кафри меня убьёт, мелькнуло где-то вдалеке воспоминание о моей истинной паре. И только оно, наверное, подстегнуло, заставив толкнуть даже не пошатнувшегося ледяного монстра, выкрутиться из его хватки и броситься наутёк.

Словно сквозь паутину магических заклинаний рванула из звезды, в последний момент вспомнила о кольце – моём талисмане, обернулась, но натолкнулась на огненный взгляд чернокрылой нечисти и поспешила отскочить.

Он стоял, словно скованный некой силой, продолжая прожигать меня взглядом, от которого тело напряглось, соски затвердели, а внизу живота зародился тайфун местного масштаба. Чёрные губы раскрылись, из них вырвался глухой, скорее смахивающий на стон звук:

– Софери…

Незнакомое имя скользнуло пламенем, призывая остановиться, вернуться…

С усилием сделав шаг назад, не в состоянии отвести глаз от совершенного мужского тела, отозвалась:

– Я не Софери.

Прикусила язык: что на меня нашло, нельзя, нельзя называть незнакомцам, особенно чернокрылым, своего имени!

Узоры продолжали светиться и гореть на коже, осознание собственной наготы захлестнуло, как никогда прежде.

Я сделала ещё несколько шагов, призывая оборот, пытаясь почувствовать крылья за спиной.

Тело исказилось, трансформировалось, сбрасывая следы заклинания. Крылья наконец распахнулись, руки и ноги преобразовались в четыре львиные лапы, сзади появился и недовольно взмахнул хвост с яркой белой кисточкой на конце – моей гордостью.

Почувствовав себя значительно лучше, я оттолкнулась задними лапами и взлетела в ночное безлунное небо.

– Софери! – прокатился полный отчаянья и боли крик – но я усиленно поднималась, ловя воздушные потоки.