Пленница для сына вожака

– Но… – начал было Удан, однако Адран перебил:

– Ты своим правом воспользовался. Больше не приходи.

– Да брось, брат! – Удан осёкся, видимо, натолкнувшись на взгляд «брата». Адран буквально стащил его с меня и отправил за дверь, даже не давая как следует натянуть штаны.

– Иди вымойся, – произнёс, возвращаясь. – Терпеть не могу чужие запахи.

– Какие же они чужие? – съехидничала я. – Семья с вашими дикими озабоченными нравами…

– Ваши мартовские гуляния не лучше, – презрительно отозвался Дрон. – Все со всеми и по многу раз.

– У нас зов природы, а у вас – извращения!

– Ты ещё извращений не видела! Я сказал, мыться, а не болтать!

Дрон взял меня за плечо и всё-таки затащил в наполненную каменную ванну почти посредине огромного перетекающего пространства, которое и комнатой-то назвать было сложно.

Сам забрался следом. Тёплая вода отдавала приятным древесным ароматом, лёгким, не перебивавшим запах Адрана, а будто бы дополнявшим.

В бортике рядом с краном обнаружился какой-то непонятный шланг.

Адран снял его, протянул мне:

– Вымой всё до капли.

Я с недоумением взглянула на предложенное, никогда с таким не сталкивалась. Дрон качнул головой, вздохнул раздражённо и указал на бортик:

– Садись. Ноги в стороны.

Он подтолкнул меня, я выбралась наверх, умостилась. Снова взгляд, под которым накатывало смущение.

– Ну? – поднял он бровь, и мне пришлось в который раз за этот сумасшедший день демонстрировать то, что девушка обычно предпочитает скрывать от чужих глаз.

И снова непонятное волнение, будто впервые сижу перед ним обнажённой.

Дрон направил струю, приоткрыв меня пальцами второй руки. От прикосновения всё внутри снова начало кипеть, будто я последние несколько часов не развлекала озабоченных псов. Ни усталости, ни неприязни. Только усиление желания, хотя, куда уж больше-то?! Ни один кот не вызывал таких эмоций! Да что со мной? Может, меня опоили чем-то? Так ведь воняло бы!

Чтобы отвлечься от прикосновений, я разглядывала бесстрастное лицо, пыталась понять, что же он чувствует? Хотела было бросить нечто презрительное – вроде того, что пропустит всю семейку и всех дружков вперёд себя, да побоялась.

Ещё правда решит пропустить. Пока его это скорее злит, если я правильно понимаю. Может, всё дело в лишении наследства? Тоже обязан подчиняться высшим по статусу? Ну и повезло мне, пёс дери!

Хотя… Ох, показалось, или он правда начал дразнить клитор? Я снова застонала, выгибаясь.