Наука о сказках – 6. Исследование прошлого

 – День за днем она терпеливо вышивает, потому что чары спадут с нее тогда, когда она вышьет сто птиц… А они все с последним стежком улетают! – И, видя, что Манолис поражен услышанным, принцесса добавила: – Но что тебе до всего этого? Лучше вернемся скорее во дворец и посмотрим, как идут приготовления к свадьбе. (Внушение действует, девушки внушили «заинтересованные лица», что чары (гипноз) спадут с нее тогда, когда она вышьет сто птиц, однако они все с последним стежком улетают).

Всю ночь не мог уснуть Манолис.

Всю ночь мысль о несчастной девушке не выходила у него из головы. Рано утром, когда принцесса и ее слуги спали, юноша незаметно выскользнул из дворца и прокрался в башню.

Тихо открыв дверь в маленькую комнату, Манолис долго стоял и молча смотрел на девушку. Она уже сидела за пяльцами и вышивала.

Смущаясь, Манолис спросил ее:

– Ты не устала все время вышивать?

– О нет! – ответила девушка. – Я готова вышивать сколько угодно. Терпению моему нет конца. Лишь бы птицы не улетали.

Но стоит мне сделать последний стежок, как все они оживают и летят прочь!

…Красногрудая птичка, щебетавшая на ветке за окном, была той самой, которую только что вышила девушка. И соловей, так переливчато и нежно распевавший у реки, был вышит ею. И ворон, степенно прохаживавшийся вдоль дорожки, был вышит ею, и ласточки, и все-все птицы были вышиты девушкой. Сады и леса заселились птицами, они летали в поднебесье, пели свои песни, наполняя свистом и трелями всю округу, они были веселы, свободны, и лишь она одна, заколдованная, оставалась пленницей башни.

Пораженный, стоял Манолис, слушая ее печальный рассказ. Но что он мог сделать, чем мог помочь несчастной? Ведь колдовские чары были неподвластны ему. И все же он спрашивал себя: если нельзя ей помочь, то, быть может, найдется средство, способное облегчить ее страдания?

И он вспомнил о скрипке. О той самой скрипке, с которой никогда не расставался и о которой впервые забыл в этом дворце, полном роскоши и сокровищ.

О, как он торопился, как бежал Манолис за своей скрипкой! Не теряя ни минуты, он тут же вернулся с ней в башню. Манолис поднял смычок и заиграл…

Никогда он так не играл. Никогда так не звучала его скрипка.

Всю свою добрую душу, всю силу смелого, нежного сердца вложил Манолис в песню, которая лилась из-под смычка. Ведь он так хотел помочь бедной девушке, так мечтал облегчить ее участь.

И – о чудо! – птицы умолкли за стенами башни.