Не кусаться!

Вскарабкавшись на ближайший сук, Флопсон с гордостью огляделась. Как же хорошо! Её первое дерево! Просто невероятное ощущение!

– Эй! Ты ещё тут? – нетерпеливо раздалось из-под простыни.

– Конечно! – отозвалась Флопсон. Она перелезла на бельевую верёвку и, балансируя, как канатоходец, сделала несколько осторожных шагов. Потом протянула лапу и аккуратно сдёрнула простыню.

Мамочки, что это? У Флопсон от удивления отвисла челюсть. Это же не лошадь! Вернее, лошадь… но совсем маленькая. Может, чуть крупнее собаки.

Она стояла на стуле, который в свою очередь стоял на столе, и лишь поэтому выглядела такой огромной.

– Привет-привет! – поприветствовал её пони и радостно помахал головой.

– Но… ты вовсе не лошадь, – разочарованно прошептала Флопсон.

– Ничего подобного, ещё какая лошадь! – возмутился малютка. Потом снисходительно улыбнулся: – Просто я из рода фалабелло! Это самые маленькие лошади на земле, – гордо пояснил он.

Флопсон с интересом рассматривала нового знакомого. Его переливающаяся белая шерсть была усыпана серыми пятнами.

Такого же серого оттенка была его густая, буйная грива. Только концы были чуть темнее. А глаза оказались удивительно добрыми.

– Я просто хотел полакомиться яблоками, – смущённо пояснил пони. – Вот и забрался на эту… конструкцию, ведь иначе мне не дотянуться. Но внезапно поднялся сильный ветер, и – у-у-у-ух! – простыню сдуло с верёвки. Прямо на меня. Кстати, меня зовут Фридолин. А тебя?

– А меня Флопсон!

Фридолин улыбнулся, потом вытянул морду и выжидающе уставился на панду.

А это ещё что значит? Она изумлённо смотрела на пони. Увидев её растерянность, Фридолин копытом указал на нос.

– Нам необходимо коснуться носами, – пояснил он. – Это традиция. Так принято среди городских животных.

Рискнуть? Чуть поколебавшись, Флопсон сделала шаг вперёд, вытянула мордочку и прикоснулась носом к громадному, тёплому, чуть влажному носу пони. Ей понравилось! Это было странное, непривычное, но очень забавное ощущение. Так приятно, так тепло, так… по-звериному! И самое главное – мучительное чувство одиночества, которое не покидало Флопсон с самого утра, тотчас испарилось.

Она окинула пони оценивающим взглядом:

– Как ты думаешь, ты сильный?

– Увы, нет, – расстроенно вздохнул Фридолин. – Мне это постоянно говорят большие лошади, с которыми мы вместе пасёмся на лужайке. И верхом на мне тоже не поездишь. Собственно говоря, от меня вообще никакого толку. Я бесполезное существо. – Он шмыгнул носом.