Не мешайте лошади балансировать

Она не любит играть. Она – пока ещё взрослая.

– Бабушка! – позвала я.

Никто не ответил. Иногда бабушка теряется. Я вспомнила, что она собиралась в поликлинику. Пусть идёт, ей нельзя болеть. Когда бабушка болеет, она невкусно готовит.

Тогда дедушке приходится улучшать еду. Для улучшения еды у дедушки есть особый рецепт: три пачки перца, баночка горчицы и никаких бабушек на кухне.

Я посмотрела в окно. Возле Лошади собрались дети. Дети разноцветные. Я не очень люблю детей, потому что они шумят.

Я вышла из дома.

Знакомая лошадь

Лошадь сразу пошла со мной. Она хотела, чтобы ей помогли. Её нужно было куда-то отвести, ведь где-то есть Лошадиный дом. Но я остановилась. Я вспомнила, что не надела носки, и посмотрела на Лошадь. Лошади было всё равно, она и сама была без носков. Я успокоилась.

С Лошадью идти не страшно. Она большая и молчаливая. Она – Лошадь. Она идёт и о чём-то думает, но не говорит – о чём. Я тоже немножко лошадь.

– В зоомагазин не пойдём, – сказала я Лошади.

Лошади стало интересно, откуда меня знают. Она догадалась, что я не всегда убегала от шума.

Однажды, когда я ещё не боялась выходить из дома, я принесла в зоомагазин рака. Он нашёлся на дороге. Я потребовала срочно поместить его в воду. Продавцы придумывали отговорки: нельзя поселить рака рядом с рыбками и нечем его кормить. И посоветовали мне его сварить и съесть. Пришлось отнести рака на то же место. Не знаю, съел ли его кто-нибудь.

Лошадь фыркнула.

Вдруг я вспомнила, что нельзя никуда ходить с незнакомцами.

– Давай познакомимся, – предложила я Лошади. – Я Лиза. А ты? Ты Румба.

Лошадь не возражала. Хорошо дружить с лошадью! Ей всё равно, как ты выглядишь: толстая ты или худая, маленькая или большая. Ей всё равно, как ты учишься и какого цвета твои волосы.

– Может, в цирк? – предложила я знакомой Лошади.

Лошадь согласилась. Она была ещё молодая и довольно стройная. Все молодые должны быть весёлыми.

Лошадь на балансе

Мы вошли в цирк с изнанки. Никто нас не остановил. Все были заняты беготнёй вокруг манежа. В служебных коридорах жили запахи и картонные тени. Тихо, бархатно. А если зайти в цирк с лицевой стороны, всё будет шустро, шёлково, глазасто. Лошадь шла тихо, без стука. Она стеснялась.

– Не волнуйся. Директор – мой знакомый, – успокоила я Лошадь.

Директор цирка был грустным. Я бы его уволила.