Не оставляйте ведьму после уроков!

Мы с Дорой бросаемся следом и с ужасом наблюдаем, как он скачет по комнате, мощными ударами хвоста разбрасывая по углам вазы и фоторамки.

– Что здесь происходит?

В дверях появляется мама.

Мы с Дорой даже не оборачиваемся на неё, не в силах оторвать глаз от разверзнувшейся перед нами бездны хаоса. Мерлин всё ещё сидит у Паффина на загривке и истошно кричит: «И-ха!», а тот носится туда-сюда с огромной скоростью.

– Это мой новый питомец Паффин, – наконец объясняет Дора, морщась от треска, с которым одна особенно изящная ваза разлетается на мелкие осколки.

– Это нечто, – отвечает мама, упирает руки в боки и не терпящим возражений тоном приказывает: – Паффин, сидеть!

Он резко упирается лапами в пол и замирает. Бурундучьи лапки Мерлина не выдерживают рывка, он слетает с загривка Паффина и несётся прямиком в стену. За секунду до удара Мерлин превращается в комара и, покачиваясь в воздухе, улетает.

Тем временем Паффин степенно подходит к маме и садится у её ног.

– Очень хорошо, – довольно кивает она.

Мама щёлкает пальцами, и гостиная магическим образом начинает сама приводить себя в порядок: осколки стекла поднимаются в воздух и аккуратно встают обратно в фоторамки, кусочки фарфора собираются в вазы, которые тут же прыгают на свои места, а оборванные лепестки цветов безошибочно находят свои стебли. Когда всё заканчивается, гостиная выглядит даже чище, чем раньше, несмотря на огромного пса, который дрожит от нетерпения у маминых ног.

– Давайте чая попьём, – предлагает мама, указывая на диван.

– Не надо, Эгги, спасибо, – отвечает она, усаживаясь поудобнее.

Мама снова щёлкает пальцами, и тут же перед нами появляются три дымящиеся чашки ароматного чая и плывут нам в руки. Я сажусь на пол со скрещёнными ногами, Мерлин превращается в чёрного кота и сворачивается калачиком у меня на коленях.

Паффин по-прежнему неподвижно сидит перед мамой, ожидая дальнейших инструкций. Она щёлкает пальцами, и в углу появляется огромная собачья лежанка, а рядом с ней миска с водой и сахарная косточка.

– Устраивайся, Паффин, – говорит мама и кивает на лежанку.

Пёс с довольным видом облизывает ей пальцы, а потом забирается на лежанку и принимается чавкать косточкой.

– Не понимаю, как ты это сделала, Эгги, – вздыхает Дора, наблюдая за Паффином, пока Мак, всё ещё в своём любимом обличье корги, ложится у её ног, намереваясь вздремнуть. – У тебя даже животные знают, кто тут главный.