Не открывать! Голодная!

Господин Зибценрюбель даже не успел спросить, что им надо на этот раз. Ребята тут же разбрелись по лавке и стали искать на полках что-то, что могло иметь отношение к темноте.

– Может, это оно? – Немо показал на брелок, на котором болтался флуоресцентный скелет.

– Надеюсь, что нет! – простонал Фред. – Как-то не хочется встретить в темноте бродячий скелет. И уж тем более светящийся!

– Тсс! – Ода приложила палец к губам. Но, к счастью, господин Зибценрюбель не обращал на них внимания и продолжал смахивать с полок пыль.

Он встал на шаткий табурет и снял со стены три портрета в овальных рамках.

Немо торопливо подскочил к продавцу и помог ему – взял портреты и положил на прилавок. Мужчины на них обладали поразительным сходством с господином Зибценрюбелем и между собой. Только растительность на их лицах различалась в соответствии с модой того времени, в котором они жили. Один из них носил окладистую бороду, верхнюю губу другого украшали лихо закрученные усы. У третьего (на единственной цветной фотографии) были густые бакенбарды от ушей до подбородка.

Сам господин Зибценрюбель был гладко выбрит.

– Спасибо, мой мальчик! – Старый торговец кое-как слез с табурета и стал влажной тряпкой вытирать с рамок толстый слой пыли.

– Эй, ребята! Может, это? – Ода достала с полки тяжёлый том. Корешок книги украшал золотой орнамент. На тёмно-синей обложке был изображён человек в тюрбане. Султан сидел по-турецки на горе подушек и слушал красавицу в шароварах.

– Сказочный персонаж из «1001 ночи»? Вполне подходит! – воскликнул Фред.

Он подошёл к Оде и склонился вместе с ней над оглавлением. – Может, это Аладдин или Синдбад-мореход? – Фред с большей охотой встретился бы с ними, нежели со светящимся скелетом.

– Или Али-Баба и сорок разбойников, – хихикнула Ода. – Уж их-то мы легко найдём. Скорее всего, в ресторане.

– Ты думаешь, это возможно? – снова забеспокоился Фред.

– Али-Баба? – Господин Зибценрюбель повернулся к ним. – О чём вы там говорите?

Немо постарался поскорее сменить тему и показал на портрет бородатого мужчины:

– Это ваш дедушка?

– Этот-то? – На морщинистом лице продавца заиграла улыбка.

 – Это мой прадедушка, – сообщил он, уже забыв про свой вопрос. – Он основал эту лавку игрушек. Первой проданной здесь игрушкой был медвежонок. – Зибценрюбель с нежностью вытер тряпкой пыльное стекло, потом залез на табурет и повесил фотографию на место.

Немо подал ему остальные портреты. Внезапно его осенила идея.