Невиданные чудеса Дивнозёрья

Впрочем, Тучка беспокоилась не зря: в последнее время даже ходили слухи, что сам Кощей Бессмертный ходил к ним на поклон, о чём-то договаривался и в конце концов заключил тайный союз. Поэтому старейшина – мудрый коловерша по имени Каштан – молвил так:

– Мы вместе встретим врага и дадим ему достойный отпор! А стариков и детей уведём подальше. Чую, эта битва будет не из лёгких.

И напрасно Солнышко кричал, что он уже не ребёнок, ему приказали немедленно вести остальных в укрытие. Ещё и Тучка подпустила яду, фыркнув на ухо:

– Мал ещё со взрослыми летать.

Нос не дорос!

Это было очень обидно. Ведь Тучку-вонючку они с собой взяли!

Далеко уйти им не удалось. Вдруг откуда ни возьмись поднялся сильный ветер, затрещали сучья и – фр-р-р! – отовсюду налетели проклятые жар-птицы. От их огненного оперения лес вспыхнул, и долину заволокло густым дымом.

Солнышко в испуге заметался, натыкаясь на деревья. Пару раз его отбрасывали в сторону, крича: «Смотри, куда прёшь!» Он сам толком не знал, как выбрался, – только и запомнил боевой клёкот, хлопанье крыльев, запах гари, выдранные перья, горячий обжигающий грудь воздух и чёрный-чёрный дым… Он летел наугад – лишь бы оказаться где-нибудь подальше от этого ужаса.

Потом обо что-то ударился, упал и провалился в забытье.

* * *

Очнулся Солнышко, когда его тёзка – небесное светило – уже клонилось к закату. Над ним склонилась синеглазая девушка в голубом сарафане, и Солнышко на всякий случай сделался невидимым.

Однако девушка не перестала на него пялиться.

– Бедняжка, – она погладила коловершу пальцем по крылу, и прикосновение отозвалось болью. – Досталось же тебе… Ничего, мы тебя выходим, малыш. Бабка Ведана поможет.

– Я уже не малыш! – возмутился Солнышко. – Ты кто такая? Где я вообще?

Девушка ничего не ответила, только руками всплеснула:

– Ну не плачь! Больно, да? Потерпи немного, сладкий.

Она сняла передник, завернула в него раненого коловершу, взяла на руки, будто спелёнутого младенца, и прижала к груди.

С глубоким вздохом она поправила прядку волос, выбившуюся из косы возле самого уха, и только теперь Солнышко увидел: а уши-то не острые. Эта девушка – человек! Смертная!!!

Ему вдруг стало дурно, и юный коловерша попытался сомлеть. Ох, совсем не так он представлял себе своё увлекательное путешествие в волшебный край людей…

– Как же тебя назвать, рыженький? – девушка призадумалась, закусив кончик тощей косицы.