Невиданные чудеса Дивнозёрья

Таисья вскинула подбородок, резко развернулась и… позабыла, что хотела сказать. На поляне уже никого не было. Цветок папоротника угас на ее глазах, словно уголек, брошенный в воду. А над просыпающимся, шумящим, чирикающим и поющим лесом вставало солнце нового дня. И от его золотого, будто подернутого дымкой света ее душа исполнилась новой надеждой – что все еще будет! Не хорошо, не плохо, а правильно – так, как надо.

Дом для домового

Говорят, когда ты окажешься в действительно своём доме, то непременно это почувствуешь и захочешь там остаться.

У всех приятелей Никифора всё именно так и вышло – они уже остепенились, осели, многие даже завели семьи, и только он – непутёвый – всё мотался из одних гостей в другие с балалайкой под мышкой и твёрдым калачом за пазухой. Ни кола, ни двора – никому не нужен, зато и терять нечего. Чем не жизнь?

Другие домовые говорили ему, снисходительно улыбаясь в усы:

– Не спеши, дружок, ещё успеешь хозяйством обзавестись. Гуляй, паря, пока гуляется.

Но шли годы, а родной дом всё не находился. И вскоре бывшие друзья стали ему пенять, мол, пора бы уже и за ум браться – смотри-ка, вон борода-то уже седая!

Никифор даже пробовал устроиться уже хоть где-нибудь: присмотрелся к хозяевам одной избушки, сделал себе лежанку в самом тёплом месте за печкой, даже с царапучим котом подружился – только всё это было без толку. Если дом не твой родненький, всё будет из рук валиться, а дело на лад не пойдёт.

В общем, годик-другой он так пожил, а потом у той избушки настоящий домовой сыскался: тот, кому там судьбой было назначено жить, – пришлось собирать вещички, прощаться с котом и уходить восвояси.

После нескольких таких попыток Никифор окончательно уверился, что места, где он бы чувствовал себя хозяином, не существует вовсе. Такое с домовыми изредка, но случалось. Может, не построили ещё тот самый, родной уголок?

Тогда он решил, что уж лучше жить одному, чем где попало и с кем попало, задружился с лесовиками и каждое лето проводил в берёзовой роще, а на зиму переезжал к баннику Серафиму – тот всегда был рад весёлой компании.

Так и жил, словно перекати-поле, пока однажды не встретил… впрочем, давайте обо всём по порядку!

* * *

В погожий летний день Никифор сидел на своей любимой полянке в рощице. С утра он собирал грибы, чтобы насушить запасов на зиму, и к обеду сильно притомился, поэтому решил присесть на поваленную сосну – от-дохнуть.