Необыкновенная история про Эмили и её хвост

– Наверное, кое-что я сделала правильно, раз у меня есть ты, верно? – слабым голосом сказала она.

– Послушай, мам, давай просто обо всем забудем. Идет?

– Ты заслуживаешь лучшего, чем…

– Ну мам! Все у нас хорошо, – твердо сказала я. – Кстати, а как насчет карманных денег?

– Ах ты, гном! – Она легонько ущипнула меня за нос. – Подай-ка мне мой кошелек.

Получив две фунтовых монетки, я вышла из дома.

***

Дойдя до зала игровых автоматов, я замедлила шаг. Несправедливо. То есть ужасно несправедливо.

Купив на конце пирса сахарную вату, я бесцельно побрела к набережной. И настолько погрузилась в свои мысли, что чуть не налетела на мистера Бистона.

– Эй, смотри, куда идешь, Эмили.

– Извините, задумалась.

Он улыбнулся, и от этой улыбки волоски на моей шее, как всегда, встали дыбом. Один уголок его рта пополз вниз, другой потянулся вверх, открывая кривые зубы, между которыми темнели бреши.

– Как поживает мама?

И тут у меня мелькнула свежая мысль. Мистер Бистон давным-давно живет в Брайтоне и хорошо относится к маме. Вдруг ему что-нибудь известно?

– По правде сказать, так себе, – ответила я, откусывая сахарной ваты.

Теплое облачко мигом растеклось на языке сладостью.

– Да? Почему же?

– Она немного… расстроена.

– Расстроена? Из-за чего? – быстро спросил он, сразу посерьезнев.

– Ну…

– Она не заболела? – Мистер Бистон впился взглядом мне в лицо.

– Мой отец… – Я двумя пальцами вытянула длинную нитку ваты, напоминающую розовую пуховую пряжу, и сунула ее в рот.

– Твой кто? – мистер Бистон так и взвился.

Интересно, ему-то что за дело?

– Я спросила ее о моем отце, и она расстроилась.

– Что она тебе рассказала? – тихо проговорил он.

– В том-то и проблема, понимаете. Ничего не рассказала.

– Ничего-ничего?

– Нет, сказала, что ничего не помнит. И расплакалась.

– Не помнит? Так прямо и заявила?

– Ага.

– Уверена?

– Абсолютно.

– Тогда ладно. – Мистер Бистон громко шмыгнул носом, издав свистящий звук.

– И вот я подумала, вдруг вы мне поможете?

– Я? И чем же тебе могу помочь я? – рявкнул смотритель.

– Я подумала, что она могла рассказать вам что-нибудь о моем отце. Ведь вы с ней друзья и все такое.

Он пристально посмотрел на меня, буравя прищуренными глазками. Аж удрать захотелось. Разумеется, ничего ему неизвестно.