Необыкновенные сказки

Но мне нужно МЯСО! МЯСО! Я хочу мясо! Я – хищник!

Но теперь уже колбасу ей никто не приносил…

Вход в парк был перегорожен красно-белой полосатой ленточкой, и люди боялись перешагнуть за неё. Лиса сказала, что не припоминает такого. Больше того, подобного не помнила даже старая мудрая Сова, которой по слухам было 337 лет.

Она держалась особнячком, дрыхла целыми днями напролёт, и не участвовала в их корпоративных играх, довольствуясь вечносвежими дикими мышами.

Сове теперь пришлось делить поляну с Лисой, что её никак не устраивало.

Хитрая лиса успевала днём съесть всех крупных мышей, которые раньше целиком и полностью доставались одной сове.

(Тут смешной момент: лиса смотрит на зайца. В это время ухо зайца превращается в сосиску, следующее ухо стало сосиской, передние лапы стали сосисками, задние стали сосисками, тело заменяется на сосиски, и в завершение всего глаза зайца, которые с ужасом наблюдают за лисой заменяются двумя сосисочными “попочками”. Теперь перед лисой сосиско-заяц, целиком состоящий из сосисок, сарделек и карпачо.

И эта сосисочная инсталляция говорит лисе заячьим голосом: – Эй! Ты что? Что за дикий взгляд? Мы три года работаем вместе, но такого дикого взгляда я у тебя никогда не видел.)

Когда темнело, на аллеях безлюдного Измайловского парка как обычно включали свет, проезжал пылесос, прибиравший идеально чистые асфальтовые дорожки, проходили строгие сотрудники полиции в форме, но людей не было.

Они все куда-то исчезли. И город тоже обезлюдел.

Хитрая лиса уговорила дятла слетать на разведку и посмотреть входят ли или выходят люди из кинотеатров, магазинов, метро. Должна же быть разгадка всему этому!

К вечеру запыхавшийся дятел вернулся и сообщил, что долетел аж до Арбата, где показательно долбил железобетонный столб фонаря. Никто не входит и не выходит в Театр Вахтангова, никто не входит и в кинотеатр «Первомайский».

– Так он давно уже закрыт. Стоит под снос, – объяснила ему Лиса.

– В городе… Там… На Чистых прудах… – продолжил запыхавшийся дятел, – сотрудники полиции повязали Иисуса, он выгуливал собаку, и они загребли его в “обезьянник”, больше того, я только что видел, как у нас тут, рядом с туевой аллеей они девушку тормознули и сказали ей идти домой.

«У меня нет дома» – ответила им она, и добавила: – Я могу пожить у вас, но я много ем, храплю, и через неделю вы будете у меня ходить как на параде, стоять по стойке “Смирно”, и отдавать мне честь.