Непорядок в Чупакаброво. Мамлюки

Было решено сделать приманку, устроить засаду и поймать вредителя.

В качестве приманки была выбрана чудом уцелевшая Тойота Светланы Семёновны, стоявшая на окраине деревни. Решение было единогласным, потому что у машины была полная страховка, а самой Светланы Семёновны на собрании не было.

Часть вторая.

Подготовительная

Перенесемся на другой конец деревни. Маленький Стёпа сидел дома за столом и вяло ковырял ложкой в тарелке с борщом, когда на кухню влетел его папа и закричал:

– Семейство! Где наши фамильные вилы?

Стёпа и его мама Лена встрепенулись.

Они не видели отца таким возбуждённым с того момента, как Стёпа три года назад покрасил свою собаку в желтый цвет. «Почему в жёлтый?» спросите вы. Отвечу. Какая банка краски стояла в коридоре, в тот цвет и покрасил. Четырехлетние дети особо не вдаются в детали.

Контрольный вопрос. Сколько лет Степану?

Ответ: ____________________________________

Папа носился по дому, переворачивая всё вверх дном, бормоча под нос проклятия, и пытался найти вилы.

– Вова, за каким лешим тебе вилы? – спросила мама Лена.

– Мы устраиваем засаду! А кто ж в засаду без вил идёт? – ответил папа Вова, коротко рассказав о тех безобразиях, которые творятся в деревне.

– Вова, тебе-то зачем это надо? У нас даже машины нет. – взмолилась мама.

– Женщина, во-первых, во время беды надо сплотиться, а во-вторых, у нас велосипеды новые и покрышки на них тоже новые. Так что приказы старшего по званию не обсуждаются! – рявкнул папа и мама поняла, что спорить тут бесполезно.

– Ой, пап, а можно и мне в засаду? – закричал маленький Стёпа и аж подпрыгнул от этой самой мысли.

Папа Вова на секунду остановился, почесал нос и решил, что сына пора приучать ко взрослой жизни. Он еле заметно одобрительно кивнул.

Маленький Стёпа мгновенно среагировал на это еле заметное движение папиной головы. Оно было ему хорошо знакомо. Особенно у киоска Союзпечати, когда Стёпа долго выбирал очередную игрушку, пока папа безразлично рассматривал журналы.

После мучительных терзаний Степан обычно показывал пальцем в то самое, выстраданное, определённо конкретное место витрины и поворачивал голову к отцу. Папа Вова в свою очередь улавливал это движение боковым зрением, тоже поворачивал голову на сына, потом на игрушку, потом на ценник, потом снова на сына. Этот ритуал был игрой с непредсказуемым концом. Множество факторов сводилось воедино.