Никто из Ниоткуда

– Нет, не ружьё.

– Лучше бы ты пошла туда с ружьём, – насупилась Амелия.

– Ружьём? – усмехнулся Джеймс. – Да что вообще происходит? Ещё одна ваша ролевая игра? Кажется, до меня дошло: папа – типа профессор Мастард в библиотеке, а мы все должны расследовать преступление[2 - Возможно, отсылка к фильму «Улика» (англ. Clue, 1985) с несколько перевранными Джеймсом фактами. (Прим. пер.)], так?

Амелия стиснула зубы:

– Это мы тут, в библиотеке, Джеймс, а папа пропал. И что именно из этого кажется тебе игрой, а?

– То, что мама собирается схватить ружьё и выбежать в ночь, как Джеймс Бонд.

Мама повернулась к нему, взяла его лицо в ладони и поцеловала в лоб.

– Я люблю тебя, Джеймс. Останься в библиотеке и пообещай мне, что сделаешь всё возможное, чтобы тебя не похитили, пока ты пытаешься выяснить, кто из нас тут играет в игры сам с собой.

От удивления Джеймс приоткрыл рот, но тут же взял себя в руки, и на лице его появилась привычная глумливая гримаса.

Мама крепко обняла Амелию.

– Позаботься о себе, милая.

Я скоро вернусь. И вернусь с папой. Ладно?

Амелия кивнула, не в силах выдавить ни слова, а затем мама покинула библиотеку, а потом и гостиницу. Она шагнула в ту самую темноту, в которой прятался Крскн.

А что, если мама больше никогда не вернётся? Что, если Амелия видела её в последний раз? Это могла быть в прямом смысле последняя секунда, когда у Амелии ещё были родители. Потому что, если всё то, что ей известно, – правда, она уже стала сиротой.

Чарли похлопал её по плечу и сказал:

– Ну, по крайней мере, дождь прекратился.

Твоя мама промокнет не слишком сильно.

Амелия понимала, что Чарли пытается извиниться за свои глупые фокусы с голоизлучателем, но ничего не могла с собой поделать. Она была напугана и всё ещё злилась. Шутка над Джеймсом была показушной и идиотской, но притвориться её мамой… Чарли перешёл все границы. И к тому же использовал Тома.

Он поступил так не для того, чтобы навредить кому-то, она это знала. Чарли не желал никому зла, но от этого его выходки не становились менее обидными.

Ей не хотелось даже смотреть на него сейчас. Вместо этого Амелия села на пол и принялась играть с Грауком. Она выставила вперёд кулак, щенок скрутился в шар, плотно обернув хвост вокруг лап, и прижал уши. Она раскрыла ладонь, и он подпрыгнул в воздух, растопырив лапы в стороны и растянув рот в улыбке, и бесшумно приземлился.

Амелия присела на корточки, поставила на пол два пальца и «пошла» по нему.