Нина – девочка Шестой Луны

Затем, надев рукавицы, чтобы не обжечь руки, юная алхимичка вылила содержимое миски в стоящий на огне тигель и кипятила ровно девять секунд.

Смесь приобрела неопределенный цвет, что-то среднее между фиолетовым и синим, и сильный терпкий запах.

Нина осторожно сняла тяжелый тигель с огня, вылила содержимое на жидкую страницу. И стала ждать.

Над страницей поднялось фиолетовое облачко, а когда оно рассеялось, стали видны тридцать три символа алфавита Шестой Луны, словно зависшие в пустоте. Они были из блестящего материала и переливались разными цветами.

И тут прямо на глазах символы столбиком отпечатались на вдруг появившемся пергаменте.

Сбоку от каждого была буква, которой соответствовал символ:

– Вот здорово! Клянусь всем шоколадом мира, мне это удалось!

Нина была не просто довольна, она трепетала перед этим листом пергамента, материализовавшимся на ее глазах. Это был ключ, открывающий путь в мир Ксоракса.

Дрожащими от волнения руками девочка взяла лист и положила его на стол.

Пергамент был еще горячим, она подула на него, затем потрогала отпечаток символа пальцем: он был рельефным и переливался всеми цветами радуги. Удовлетворенная результатом своего первого алхимического опыта, Нина устало опустилась на табуретку.

Часы показывали 13 часов 42 минуты и 8 секунд.

Было действительно поздно! Люба наверняка сердится: Нина пропустила обед. Прежде чем покинуть лабораторию, она вернула все на свои места и оставила страничку с алфавитом рядом с Книгой.

Закрыв дверь, девочка побежала на кухню, где няня кормила кота и пса.

– Я здесь, Безе. Извини, пожалуйста, за опоздание, – протянула она сладким голоском.

Люба, не в силах сердиться, ласково посмотрела на нее, прощая.

– Ты совсем как твой дедушка: для тебя тоже времени не существует. Но есть-то надо! В Апельсиновом Зале накрыт стол, там ты найдешь все, что любишь.

В этот момент они услышали крик, доносившийся с улицы.

Няня и Нина бросились на крик и увидели молодого человека, лежащего на ступеньках мостика.

Это был почтальон. Карло был уже рядом и помогал ему подняться.

– Что случилось? – с тревогой спросила Люба.

– Эти мерзкие хулиганы, это опять они. Они толкнули его, и он упал, – ответил садовник.

– Те, что с буквой К?

– Они самые, Алвиз и Барбесса, – подтвердил Карло, поднимая несчастного почтальона, продолжавшего прижимать к груди длинный, перегнутый пополам при падении пакет на имя Нины.