Нина – девочка Шестой Луны

Монстр в зеркале, не сводя с нее глаз, громко захохотал. Правда, спустя несколько секунд изображение исчезло, а на зеркале остался желтый налет в форме буквы К.

Нина протянула руку, чтобы потрогать букву, но, как только она приблизила к ней палец, буква пропала, и в зеркале появилось ее перепуганное лицо. Исчезла жуткая физиономия, не было больше и буквы К. «Не галлюцинация ли это? – подумала девочка. – Может, у меня температура?» Она посмотрела на ладонь: звезда стала еще больше – ее луч достиг основания среднего пальца.

Нина была в отчаянии. Сердце ее сильно билось, ноги дрожали. Кто был этот человек? Что означала буква К? Может, это начальная буква какого-то имени? Нина точно знала, что никогда прежде не видела это лицо. Откуда он мог здесь появиться и чего хотел от нее – вот загадка.

Девочка медленно спустилась по лестнице, пошла на кухню и попросила тетю сделать ей настой из липы и мальвы. Она ничего ей не рассказала, потому что не знала, как все объяснить.

Если она скажет, что видела в зеркале монстра, тетя наверняка примет ее за сумасшедшую.

К часу ночи ни кот, ни пес все еще не успокоились. Кармен сильно шлепнула Красавчика, чтобы тот перестал лаять, но безрезультатно. Платон, вздыбив шерсть, с горящими глазами носился по комнате, прыгая на стулья и стол, а Нина пила горячий настой.

Неожиданно зазвонил телефон. Кто бы это мог быть в такой час?

Кармен подняла трубку, не отрывая взгляда от Нины. Собака и кот замерли.

– Алло… да… да… ох, мой Бог! Когда? Как это случилось? Боже мой… что нам делать? Вера и Джакомо уже знают?.. Хорошо. Сейчас я скажу Нине.

Глаза ее наполнились слезами. Она положила трубку и обняла Нину.

– Дорогая девочка, случилось ужасное. Дедушка…

Кармен еще не закончила фразу, как Нина закричала:

– Нет… нет… Миша, нет! Ты не можешь умереть!

– Да, золотце. Инфаркт… Но он не страдал. Это случилось пару часов назад. Его нашла Люба. Он лежал на полу бездыханным.

Она все еще в шоке, бедная женщина. Ты же знаешь, она более тридцати лет ухаживала за Мишей после того, как умерла Эспасия, – объясняла, рыдая, Кармен.

Нина вскочила, опрокинув чашку, и убежала в свою комнату, захлопнув дверь перед носом собаки, кота и тети. Она хотела побыть одна. Сидя перед окном, она, как всегда, смотрела на небо, на котором этой ночью не было ни луны, ни звезд. Была только тьма, которая походила на пустоту. На Ничто.