Нина и сила Абсинтиума

Обдуваемые теплым свежим ветерком Фьоре и Додо осматривали с высоты его безмятежную гладь. Озеро окружали зеленые холмы и сверкающая разными красками незнакомая им растительность.

– Какое красивое место! – восхитилась Фьоре, любуясь живописной местностью. – Каким мирным все здесь выглядело в семнадцатом веке!

На самом деле этот чарующий пейзаж был полон горьких сюрпризов, ожидавших двух юных алхимиков.

Смертельная ловушка, которую задумал устроить им Каркон, должна была начать действовать с минуты на минуту.

А пока князь с налитыми кровью глазами обезумевшим зверем метался по своей мрачной лаборатории в подземелье дворца Ка д’Оро, дергался как припадочный и колотил кулаками ее заплесневевшие стены. Компьютер до сих пор не дал ему никакой информации о месте пребывания Додо и Фьоре, хотя копия Ямбира уже пылала словно магма.

Неожиданно компьютер пискнул, и на экране возникла географическая карта Италии. На ней красным цветом было обведено место, которое его интересовало.

– Вот оно! Наконец! Озеро Тразимено! Теперь мы знаем, где искать дружков этой девчонки! – возликовал князь, поудобнее устраиваясь в своем фиолетовом кресле.

Оба гостя молча уставились в экран в ожидании распоряжений Каркона.

Тот остановил взгляд на своем древнем родственнике, призванном на помощь из Мрака:

– Аббат Сикурио Фасторио, я поручаю это дело тебе. Найди этих сопляков и разберись с ними! И никакой жалости! Мы с тобой одной крови, так что ты обязательно победишь!

Высокий, худой призрак оправил свой коричневый плащ, больше похожий на изъеденную молью монашескую сутану, и откинул на плечи капюшон, глядя на князя темными и острыми как иголки глазами:

– Озеро Тразимено? Я хорошо знаю те места.

Я родился и служил неподалеку от него и часто в своих поездках по церковным делам останавливался в деревнях на его берегу. Что ж, мне будет приятно поиграть с этими алхимическими дурачками. Тебе известно, мой дорогой Каркон, как я люблю преподносить сюрпризы.

Князь встал из кресла и, подойдя к аббату, положил свои чудовищные руки на его лысую потную голову:

– Сыграй с ними в шахматы. В этом тебе нет равных.

– Жалко, у меня сейчас нет моей черной шахматной пешки и золотых монет… Символов моей магической силы и веры! Моего почерка! Почерка алхимического убийцы. Разумеется, я всегда действовал согласно вере! Я же все-таки священник! – добавил призрак и ухмыльнулся, не разжимая едва заметных губ.