Но молоко, к счастью…

– Ты меня понял? – спросила вдруг мама. – Повтори, что я сейчас сказала?

– Отвести детей завтра на репетицию оркестра; на скрипку – в среду; ты приготовила в холодильнике ужины на каждый вечер, пока тебя не будет, и пронумеровала каждый этикетками; запасной ключ у Николсонов; сантехник придёт в понедельник и до этого времени нельзя пользоваться верхним туалетом; не забывать кормить золотую рыбку; ты нас любишь и вернёшься в четверг, – перечислил папа.

Похоже, мама такого не ожидала.

– Да, всё верно, – ответила она.

Затем перецеловала нас всех. И добавила: – Кстати, у нас молоко почти закончилось. Надо купить.

Когда она уехала, папа выпил чаю. С молоком – ему как раз хватило того, что осталось.

Мы стали размораживать ужин № 1, но немного напортачили, так что отправились в индийский ресторанчик. А перед сном папа развёл нам горячего шоколада, чтобы подсластить ничем не восполнимое отсутствие мамочки.

Так было вчера.

А сейчас папа вошёл в кухню и сказал:

– Ну-ка, приналягте на хлопья.

Сегодня репетиция оркестра.

– Мы не можем… – грустно ответила сестрёнка.

– Это почему же? – удивился папа. – У нас полно хлопьев. И мюсли. И мисок. И ложек. Ложки у нас просто отличные – совсем как вилки, только не такие острые.

– Только вот молока нету, – сказал я.

– Нету, – подтвердила сестрёнка.

Я увидел, что папа призадумался. По его лицу было заметно, что он уже собрался предложить нам на завтрак что-нибудь такое, для чего не нужно молоко, например сосиски, но тут же вспомнил, что без молока не сможет пить чай.

На его лице явно читалось: «остался без чая».

– Ах вы мои бедняжки, – произнёс он. – Сейчас я сбегаю в продуктовую лавку на углу и принесу вам молока к завтраку.

– Спасибо! – обрадовалась сестрёнка.

– Только не обезжиренное, – быстро уточнил я. – Оно вообще как вода.

– Конечно, не обезжиренное, – согласился папа.

И ушёл.

Я насыпал хлопья в миску. И стал ждать.

– Как ты думаешь, сколько уже времени прошло? – спросила сестрёнка.

– Тыща лет, – ответил я.

– Похоже на то, – согласилась она.

Мы выпили апельсиновый сок. Сестра поупражнялась на скрипке. Я попросил её прекратить. Она прекратила.

Потом скорчила мне рожицу:

– А сейчас сколько времени прошло?

– Три тыщи лет.

– А что, если он вообще никогда не вернётся?

– Ну, тогда мы позавтракаем солёными огурцами.