Под чужим именем

Она медленно открыла глаза и увидела перед собой открытую дверь, в проеме которой стояло два человека. Фигуру первого она узнала сразу.

–Если ты,– силуэт пониже ткнул пальцем в грудь второму,– Виктор, не будешь повежливее, то так один и останешься в этом замке. Хорошие девушки не любят грубиянов! – она топнула ногой и упёрла руки в боки.

–Эта девчонка – преступница. Да и типаж не мой,– он усмехнулся и в тот же момент услышал, как Киара издала недовольное цоканье.

–В любом случае, Агата, – продолжил он, обращаясь к женщине,– нам просто нужно привести её в порядок, чтобы она могла поговорить с королём.

У него на неё виды,– сказал он, особенно растягивая последнюю фразу и будто получая от этого удовольствие.

–Я всё слышу,– прошипела она, осторожно поднимаясь с кровати – голова всё ещё болела.

–Милая, ты уже проснулась! – женщина подбежала к Киаре, помогая ей встать. – Мы сейчас с тобой приведём твоё чудесное личико в порядок, вымоемся, обработаем раны…– она задумалась, – в общем, сейчас всё будет! – служанка вскинула руки и широко улыбнулась.

На её темных волосах, почти целиком спрятанных за белым чепчиком, уже виднелась частая седина. Её голубое платье полностью покрывало руки и колени, бережной тканью стекая по мягкому взрослому телу. Дальмайер невольно улыбнулась, оглядывая её морщинистое и добродушное лицо.

Агата засуетилась и зашла в дверь, которую Киара до того момента не замечала. Послышался звон каких–то склянок, шипение ванных солей, что она узнала с первого звука, и плеск воды, которую женщина, по всей видимости, проверяла на температуру.

–Дорогая, ты можешь идти сюда,– позвала Агата, и голос её отбился от мраморных стен.

Девушка осторожно поднялась на ноги, босыми ступнями шагая по бархатному ковру. Только сейчас она смогла присмотреться к интерьеру комнаты, в которую её поселили.

Бледно–розовые стены, цвет которых не действовал на нервы, плотные шторы на пару оттенков темнее, собранные по бокам от окна, высокие потолки с выбитой на них картиной известного художника, жившего за несколько веков до неё.

Большая дубовая кровать слегка выбивалась из интерьера – она была темной. Темное дерево, темное – бордовее – постельное белье.

Киара заворожённо посмотрела в окно, не в силах отвести взгляда от вида, открывшегося из него. Перед ней простирался сад, усеянный яркими цветами и пышными, многолетними деревьями.