Опера Цюаньшан

Возле одной стены стоял платяной шкаф, возле другой – комод со множеством ящичков.

– Это – твоё, – Гэри самодовольно указал на шкаф, сколоченный из кое-как обработанных сосновых досок.

Перед шкафом, такой же неказистый, стоял простой деревянный стул. И ещё было пыльное зеркало на стене.

– Я купил его для тебя.

Гэри говорил с таким жутким кантонским акцентом, что Сань-Сань едва могла его понять.

– Наверное, у нас с тобой разные диалекты, – сказала Сань-Сань. – Может быть, лучше нам говорить по-английски?

Гэри повторил только что сказанное.

Его английский был немногим лучше, но Сань-Сань было просто невыносимо слушать настолько ужасный кантонский, в особенности от человека, с которым ей теперь предстояло провести всю свою жизнь.

– Я владею этим местом, – сказал Гэри, с горделивой улыбкой поводя руками вокруг. – Этой квартирой и прачечной по соседству.

«Неужели он этим похваляется?» – подумала Сань-Сань. А вслух произнесла, стараясь показать, что очень впечатлена:

– Тебе есть чем гордиться.

– Да, – Гэри ещё больше раздулся от самодовольства. А потом вдруг сказал, как само собой разумеющееся: – Нам пора отправляться в постель.

Эти слова поразили Сань-Сань как гром среди ясного неба. Как так можно? Ни времени, чтобы как следует познакомиться друг с другом, ни ухаживаний, ни романтики – совсем ничего.

– Мне нужно в туалетную комнату, – пробормотала она, отчаянно смущаясь, но терпеть уже просто не было сил.

Гэри махнул рукой, указывая на дверь.

– Это вон там.

Сань-Сань поспешно вбежала в туалет, закрылась на защёлку. Сидя на унитазе, она нервно поджимала пальцы ног. Закончив, задержалась в туалете на несколько минут, просто чтобы прийти в себя и успокоиться. Будь её воля, она бы вовсе не стала оттуда выходить.

Выйдя из туалета, Сань-Сань увидела малопривлекательную картину: совершенно голого Гэри с выпирающим животиком и торчащим возбуждённым членом. (Сказать по правде, его достоинство было гораздо меньше, чем у Лин Чао.) Первым порывом Сань-Сань было кинуться к дверям – просто выбежать вон.

Но куда? Она никого не знала здесь, она не знала город. Бежать ей было некуда.

– У меня сейчас критические дни, – сказала Сань-Сань с расчётливой откровенностью. Она надеялась, что это признание остудит пыл Гэри.

– Значит, сегодня ты не забеременеешь, – ответил он.

Забеременеть? От него? Такая перспектива не прельщала Сань-Сань. Ладно менструация, а если бы нет? Она определённо не была к этому готова.