Пленённая

Впрочем, как и моей комнаты, теперь утопающей в распотрошённой одежде и перевёрнутой мебели. Я вздыхаю, но иду следом за рабом, поглядывающим по сторонам. Отец полулежит в постели горе подушек, всё ещё бледный, но уже отдающий приказы слабым голосом. Это скорее тихий шелест, чем привычный мне громкий голос, но даже к едва слышимым словам прислушиваются.

– Выйдите все. Ты, Артемия, подойди ближе.

Я подхожу к кровати и, не удержавшись, присаживаюсь на самый край. Обхватываю горячую сухую ладонь.

– Тебе придётся покинуть дворец на время… Слишком опасно.

Сегодняшняя ночь показала, что враг смог подобраться так близко благодаря поддержке кого-то из наших сторонников. Я не намерен тобой рисковать ещё раз.

– Но я…

– К тому же и без того подходит срок отправиться в Далмат. Ничего страшного, если ты приедешь туда немного раньше привычного срока.

– Надолго?

– На срок обучения и настолько, насколько понадобится, чтобы искоренить заразу. Хотя бы вырвать как можно больше сорняков. Отправляешься сегодня же, с рассветом.

– Но рассвет уже близок.

– Верно, – слабо улыбнулся отец, – не будем зря терять время. Тебя проведут тропами. Среди сопровождающих будут «крадущиеся», в верности которых я не сомневаюсь. Твой раб останется здесь.

– Почему «Бессмертный» не отправляется со мной? – удивилась я, привыкшая к его постоянному присутствию.

– Потому что он чужак. А чужакам не положено знать наши тайные тропы.

– Но он же дал клятву.

– Тем не менее. Не хочется говорить об этом… Но если однажды тебя не станет, он будет освобождён от её обязательств.

Кто сможет воспользоваться услугами наёмника? И его знаниями?

– Мой «бессмертный» не станет болтать.

– И он останется здесь, возле меня. А сейчас ступай к себе. Вскоре за тобой пришлют.

Слишком много событий для одной ночи. Страшит неизвестность и разлука, и тревога за отца, непривычно бледного и слабого. Я обнимаю его за шею руками, осторожно, чтобы не причинить боль.

– Всё, достаточно. Я буду поддерживать с тобой связь через гонца.

Отец отстраняет меня, целуя в лоб напоследок. Я спешу удалиться, спрашивая перед выходом:

– А ты не продашь Инсара в моё отсутствие?

Отец недоумённо смотрит на меня.

– Раба. Ты не продашь «бессмертного»?

– Нет. Если он останется жив к твоему возвращению, он снова поступит в твоё распоряжение.

– Он же «бессмертный». «Бессмертные» не умирают.

***

Тем же ранним утром меня спешно отправили в Далмат – один из городов, подвластных нашему.