Похищенная для монстра

Когда очередь подходила до десятого терлеанца, он слизывал лишь крохи. Даже трахнуть полуживой труп удавалось не всегда, не говоря уже о полноценной «кормёжке».

Покинуть карантинную зону было очень непросто. Но нам с Саймоном это удавалось.

Голод выворачивал меня наизнанку. Мне было плевать даже на мерзостный запах гнили.

Вонзить зубы, выпустить яд…

Это как воздух.

Клыки распороли нежную кожу шеи самки. Во рту появился солоноватый привкус, разлившийся приятной пряностью на языке. Я не удержался и немного всосал в себя тёплой крови.

Можно «кормиться» по-разному. Но в первый раз укус – это необходимость. Сейчас кровь самки смешивается с ядом и разносится по телу. Самка оцепенела и немного обмякла в моих руках.

Голод рвался наружу вместе с возбуждением. Сексуальный голод и голод биополя смешивались, закручиваясь в гибельную воронку. На коже человеческой самки выступили капли испарины.

– Хорошо реагирует, Сай… – прорычал я, едва сдерживаясь от того, чтобы не укусить ещё раз.

Одного укуса вполне достаточно, чтобы сделать прокол в её теле и в коконе поля. Саймон сделает то же самое. Мы разделим эту самку на двоих, насытимся до отвала и осуществим задуманное, сбежав с этой планеты. Самка, возможно, останется жива или умрёт, если окажется слабой. Плевать. Мы получим своё – расклад чудесный.

Я не удержался и начал слизывать тёплые потоки крови. Мне не терпелось начать. Но я знал, что если начать «жрать» её сейчас, не полностью усыплённую ядом, энергия будет отдаваться ею с трудом.

Скоро-скоро-скоро…

– Давай же, крошка! Реагируешь так хорошо, но поторопись ещё немного! – попросил я, ласково обнимая самку.

Сейчас она казалась мне прекраснее всех предыдущих. Я чувствовал аромат и ощущал, как внутри всё бурлит. Я трогал нежную, бледную кожу и проводил губами по тонким волосам. Самка ещё не отошла в нужное состояние. Поэтому вздрагивала, когда мои губы касались её губ.

– Не бойся. Тебе понравится, – довольно рычал я, чувствуя её прилив.

О да! Сейчас хлынет, сейчас начнётся! Можно будет управлять этой куклой. Резь в окаменевшем члене была резкой. Я выдохнул горячий воздух в губы самки, поняв, что сначала заставлю её поработать язычком. Я буду жрать её, пока она будет лакомиться моим членом.

– Нравится брать в ротик, крошка? – выдохнул я.

Внезапно раздался громкий пронзительный сигнал. Саймон, уже избавившийся от костюма, остановился.