Поющая во тьме

И сейчас он сидел за столом, потемневшим от времени, со следами от пивных кружек, в ожидании проводника. Старик, встреченный им у перехода Исх-Наар, тоже желал переправиться в Нуа. И, видя отчаяние Лекса, предложил ему другой вариант, предупредив, что он опасен, но возможен.

За стол к нему села невысокая девушка в чёрном. Перебросила через плечо волосы, заплетённые в множество косичек. Сняла плащ, кинув на скамью, одёрнула закатившиеся рукава Лекс мельком успел увидеть, что руки выше запястья украшены чёрными затейливыми татуировками.

К столу подбежал хозяин постоялого двора с кружкой пива. Девушка поблагодарила его кивком и кинула монетку, которую он проворно поймал. Отхлебнула пива:

– Ты из Намирра?

– Да, – ответил Лекс. Чуть помолчал. Он явно не ожидал в качестве проводника увидеть девушку-наёмницу. – Ты проводник?

– Можно и сказать и так, – усмехнулась в ответ девушка. – Как зовут?

– Лекс, – ответил он. Называть полное имя не было смысла.

Девушка бросила короткий оценивающий взгляд на него:

– Один?

– Нет, с женой.

– Где она?

Лекс махнул рукой на Дарию, сидящую в глубине зала. Выглядела она ещё хуже прежнего, на бледном, изнеможённом лице чернели круги под глазами. Она устало прислонилась к стене спиной и тяжело дышала.

Проводница на мгновение закрыла глаза, словно прислушиваясь к чему-то в глубине себя. Её лицо застыло, превратившись в маску.

– Нет! – резко выдохнула девушка, открывая глаза.

– Почему? Я оплачу услуги вдвое… – Лекс чувствовал, что голос выдавал напряжение и тревогу, но ничего с собой поделать не мог.

– Она больна. Ей не пережить переход.

– Я связан с ней, и могу передавать силы. Она осилит переход.

– Ты думаешь, я не вижу, что ты и сейчас питаешь её собой, Лекс из Намирра? Причём питаешь давно, и едва не выдохся сам. Оставь эту попытку, Безликий уже ждёт её у самого порога Бездны.

Наёмница смотрела сейчас на него как на неразумного ребёнка, слегка насмешливо и презрительно, роняя в воздух слова, которые тяжёлым камнем ложились ему на сердце.

Как легко она говорила о возможной смерти его жены! Лекс знал это. Знал, но надеялся. Пока оставался хоть один крошечный шанс, что Дарию можно спасти, он будет пытаться снова и снова.

– Я заплачу! – упрямо повторил он, глядя прямо в глаза наёмнице.

Выражение её глаз, тёмно-коричневых, почти чёрных, невозможно было разобрать. Она отрицательно качнула головой и едва встала из-за стола, как на плечо ей легла мужская рука.