Новые приключения Электроника

Элек стучал на машинке ответы на срочные телеграммы, а Рэсси, паря на прозрачных крыльях над полуночным городом, разносил их по разным адресам, опускал их в почтовые ящики или подсовывал лапой под дверь. Запоздалые прохожие видели, как из подъезда стремительно выбегал сильный терьер, и дивились, что такую породистую собаку хозяева на ночь глядя выпустили гулять. А те, кто замечал, как из темных кустов бесшумно взлетала огромная птица, еще долго гадали, что за лесная гостья поселилась в городе.

Электроник стучал и стучал на машинке.

Он работал всю ночь и еще полдня, пока в комнату не ворвался возбужденный Сергей.

– Вот потеха! С этими записками все на свете перепуталось! Представляешь, Кукушкина получила десять записок о дружбе, в том числе – от тебя!

– Я ей не писал, – спокойно ответил Электроник.

– В том-то и штука! – рассмеялся Сыроежкин, вспомнив лицо Кукушкиной, и плюхнулся в кресло. – Никто ей по-настоящему не писал. Ну, Кукушкина помчалась к учителю и покатила на всех бочку…

– Что же Таратар?

– Он долго пыхтел, потом достает из кармана записочку, спрашивает очень вежливо эту зануду: «А кто это писал?» А в записке – черным по белому: «Самый потрясный в кино – старикан Таратар».

И подпись: «Кукушкина». Кукушка как взвизгнет, словно ее змея ужалила или привидение по голове погладило: «Не я, не я!..» И след ее простыл…

Сергей рассмеялся, мимически повторив сцену, и тут впервые увидел мешки с письмами.

– Ой, что это? Неужели нам?

– В основном тебе, – пояснил Электроник.

Сергей взял несколько писем со стола.

– Тебе… Тебе… Тебе… Все – тебе, – сказал он, взглянув на конверты.

– Эта реакция известна под названием «эффект Р. Даниэля», – сказал Элек с улыбкой. – В принципе она обманчива, но сама по себе любопытна…

И пояснил, что однажды знаменитый американский фантаст Айзек Азимов, автор трех основополагающих законов о робототехнике, получил в ответ на свои повести, в которых раскрывается загадочное убийство, массу писем от читательниц. И хотя честь раскрытия преступлений принадлежала человеку, все письма были адресованы механическому человеку Р.

Даниэлю, помогавшему главному герою. Робота, как понятно, звали Даниэлем, а буква «Р» перед его именем означала «робот». Вот это «Р» и заинтриговало читателей и озаботило Азимова. По-видимому, сделал вывод писатель, робот, превосходящий по физическим данным человека, более увлекает читательниц, чем привычный герой… Любители фантастики шутливо назвали это явление эффектом Р.