Новые сказки Севера

Пожухлую траву жевали и всё голосили: «Му-у-у!» – это означало «У нас самое полезное молоко, и мы дадим его хоть ведро, только расскажите нам грустную сказку про одинокую скалу-у-у!» Но скоро бурёнки к равнине и вкусу травы привыкли. Правда, глаза у них и сейчас немного печальные, со слезинками.

Холмогорский народ без гор стали звать друг-друга двиняне, а про породу коров подзабыли и название не поменяли. Бурёнки и характер свой сохранили, хоть теперь за ними пастухи в лаптях да с жалейкой** ходили. Да и песни им пели совсем другие: про безначальные просторы, про бескрайние луга и неспешные двинские воды.

Но холмогорки по-прежнему скачут с утра и до ночи, а хозяйки, как и тысячу лет назад, всё так же хлопочут. Каждая свою на дойку зовёт: «Розк, Розк, Розка! Тоськ, Тоськ, Тоська! Ночьк, Ночьк, Ночька!» – а те упрямятся и ни в какую с пастбища не идут.

Полой* – глубокая ложбина, где в половодье застаивается вода.

Жалейка** – духовой язычковый музыкальный инструмент, распространённый среди славянских народов.

Тепло души

Недалеко от села Холмогоры, есть деревенька Буты, там от мала до велика все в валенки обуты.

В наших-то краях испокон веков лютуют холода: в декабре снега по крыши засыпают, в январе морозы за нос кусают, а в феврале позёмка да вьюги с ног сбивают. Но в тёплой обувке на Севере хорошо. Валенки – это сила, надёжа, телесное и душевное тепло! Поэтому и не болеет в деревне Буты никто.

Вы, может, и не поверите, но в деревне Буты такой уют, что там вот уж двести лет овцы сами по себе живут.

Ходят-бродят целыми стадами туда-сюда, в крестьянские огороды носы да языки свои – «Бе-е-е!» – без спроса суют. Правда, деревенские люди всё понимают и овец, когда те в гости просятся, не прогоняют. Наоборот, если потребуется, и от волков охраняют. Одним словом, популяцию барашков берегут. Когда тем голодно, накормят-напоят, а по осени лишнюю шерсть состригут.

Потом крестьяне эту шерсть расчешут, в мокрую тряпку завернут. Вперед-назад покатают, вынут да в накатанный мешочек деревянные колодки забьют.

В русской печи пообсушат слегка, а через пару-тройку часов надевай обновку и скачи хоть куда.

Вот, скажем, встал по осени на лужах тонкий ледок с утра. Или, допустим, в предзимье-первоснежие от самого крыльца. На такую-то не хоженность хочется непременно наступить. Хочется первому по такой красоте походить-побродить. Но, если ты в лаптях или босой, тут уж недолго поймать через мокрые ноги простуженность да зубную боль.