Новый год и лето

Глава 4

Роберта, Ксюша, Ларри и Петя сидели на чердаке дачи Петровых среди запылённых сломанных шкафов, сундуков, кресел, кип старых журналов и, уткнувшись в планшеты, выполняли задание старших товарищей. Они выискивали на просторах интернета все необычайные происшествия, случившиеся в Москве за последние полгода. Лорд Беккер и Родион вертелись рядом: призрак летал под потолком, осматривал и даже обнюхивал верхние полки шкафов и этажерок, с шумом сбрасывал на пол кипы старых газет. Родион бегал внизу и, пытаясь навести за другом хоть какой-то порядок, аккуратно складывал упавшую бумагу в стопки.

– Вот мужчина победил в международном конкурсе певцов. Голос у него какой-то совершенно особенный, самый низкий в мире. Исполнитель имеет способность петь на целых восемь октав ниже, чем обычный человек. Причём самую низкую из извлекаемых им нот нельзя услышать ухом, можно только определить с помощью аппаратуры, – прочитала вслух очередную статью Ксюша.

– Сохрани заметку на всякий случай, покажем взрослым, но мне кажется, что не стал бы Патейто петь хоть низким, хоть высоким голосом, зачем ему это?

– А у меня мужчина спас троих детей из горящего дома.

– Тоже на Патейто не похоже, этот ради других не будет рисковать, даже чтобы прославиться.

– Вот ещё кто-то вырастил цветы необычайной красоты.

– Не он.

– Слушайте, давайте прервёмся, – Петя выключил планшет и состроил уморительную гримасу, – а не то я сейчас с ума сойду от этих новостей.

– И заодно посмотрим, как там дела у дедушек и бабушек. Может, они уже нашли что-то, и мы здесь зря мучаемся. – Ксюша отодвинула в сторону свой новейший компактный ноутбук, полученный в подарок от родителей за успешное окончание третьего класса, и устремилась к лестнице, ведущей вниз. Остальные с готовностью потянулись вслед за ней.

Спустившись на первый этаж, дети увидели, что старшее поколение в поисках Патейто продвинулись не дальше, чем они: господин Наггитс с госпожой Кобалье хохотали над только что вычитанной в журнале историей, причём изо всех сил старались делать это потише, чтобы не разбудить задремавшего за чтением газет Леонида Яковлевича. А госпожа Розалинда, видно тоже уставшая от обилия прессы, ушла на кухню печь блины.