Новый год и лето

– Вот и прекрасно, – подвела итог Розалинда Петтерсон, убирая со стола пустые чашки, – завтра с утра устроим там засаду и всё выясним. Только нужно появиться на месте как можно раньше – к открытию кафе. В девять утра все десерты уже красуются на витринах.

– Чур, в этой операции участвую я! – неожиданно заявила госпожа Кобалье. – Настаиваю, потому что из вас всех я наиболее похожа на русскую женщину.

– Это чем же? – удивилась её подруга.

– Габаритами, – отрезала Ванесса. – И обаянием.

После такого аргумента почему-то никто не стал ей возражать.

– А как насчёт короля троллей? – продолжили расспрашивать дети.

– В троллях я не разбираюсь. За этим – к Розалинде. Она в университете всегда имела высший балл по сказочным существам. Я у неё вечно списывала.

– Оно и видно, – не смогла промолчать старушка. – Может, позвонить Виолетте и попросить свести нас с этим профессором антропологии, о котором она говорила на встрече?

– Хорошая мысль, давайте попросим лорда ей позвонить.

– Лорд! Родион!

Откуда-то издалека, со стороны пруда, раздался лай собаки.

– Нет, ну неужели этот неслух опять с участка удрал? – Госпожа Розалинда всплеснула руками.

Через три минуты во двор, тяжело дыша, влетел Родион. По виду пса было понятно, что он очень взволнован и куда-то зовёт присутствующих. Родион подбегал к сидящим за столом, потом нёсся к калитке, громко лаял и снова мчался в дом.

– Идёмте за ним, – встревоженно сказал Леонид Яковлевич.

Госпожа Розалинда опять всплеснула руками и испуганно спросила пса:

– Что-то с лордом?

Родион утвердительно закивал головой, выскочил за калитку и припустил вдоль по улице. Остальные устремились за ним.

Впереди всех, несмотря на габариты и немолодой возраст, неслась госпожа Кобалье, дети немного от неё отставали, а замыкали процессию Леонид Яковлевич и госпожа Розалинда. Хозяйка призрака то и дело останавливалась, охала, ахала, хваталась за голову, но, взяв себя в руки, торопилась дальше.

Домчавшись до высокой зелёной ограды, Родион остановился возле калитки и прислушался. Госпожа Кобалье последовала его примеру, жестом призвав всех к молчанию. Она на цыпочках приблизилась к забору и, склонив ухо к замочной скважине, постаралась услышать, что же происходит на территории чужой дачи.

До присутствующих доносился громкий детский голос.