Ночь открытых дверей

– А пятерки? – забеспокоился скрипач Костик Янский. Он постоянно о чем-то волновался – получит или нет пятерку за контрольную, успеют или нет они сегодня позавтракать, опоздает или нет на репетицию.

– Никто не забудет про ваши пятерки, – заверила учительница. – Но предупреждаю, их будет гораздо меньше.

– Как меньше? – послышалось со всех сторон.

– Придется заново писать все контрольные, – легко бросила Елена Прекрасная.

– Вот ведь черт! – ахнул Илюха.

– Так, – шарахнул кулаком по столу здоровенный Димка Прохоров.

 – А ну, быстро вернули журнал на место! А то я кому-то ноги поотрываю и на место ушей приделаю.

Генка поежился, представив такую невероятную картинку, как его собственные ноги, приставленные к ушам, и покосился на Димку. Он сидел в конце класса и нехорошо поглядывал вокруг. В том, что он легко может выполнить свою угрозу, сомневаться не приходилось – высокий, плечистый Прохоров мог все.

– Я, конечно, понимаю, что каждый в этом классе думает только о себе, – продолжала вести психологическую атаку математичка.

 – Но сейчас я взываю к вашей совести – хоть раз подумайте о своих товарищах, которые пострадают ни за что.

Класс на секунду притих, стараясь расслышать муки чьей-нибудь совести. Но совесть то ли молчала, то ли вышла на минутку подышать свежим воздухом – воззвание осталось без ответа.

– А я знаю, когда журнал вернется на место! – весело воскликнул Прохоров.

– Что ты можешь знать! – неожиданно зло отозвалась Леночка Семенова. – Ты даже думать не умеешь!

– Чего тут знать-то? – Что-то Димку явно веселило, его губы расплывались в неудержимой улыбке.

 – А, Стриж?

Илюха оторвался от изучения окна и мрачно посмотрел на Прохорова.

– Понятия не имею, – хрипло произнес он.

– Прохоров, заткнись, а? – грубо приказала Семенова. – И без тебя голова болит.

– А давайте ставки делать! – забарабанил по столу Майсурадзе. – На то, когда вернется журнал!

– Я же говорю… – начал Димка, но Леночка его перебила.

– Ну что ты лезешь вперед всех! – вскочила она.

 – Если и появится, то завтра!

Генка недовольно хмыкнул.

Вечно Леночка лезла со своим мнением. Могла бы хоть раз промолчать. Ее заносчивость и сгубила их отношения…

– Первая ставка, – завопил Вовка, тыча пальцем в Семенову.

– Чего? Точно завтра? – нахмурился Костик.

Прохоров повернулся к Леночке.

– Ну, не знаю, – сверкнула глазами в ответ Семенова. – А ты, Стриж, что думаешь?

– Да вернется он, – буркнул Илюха.