Нэнси Дрю и знак витых свечей

– Однако известность и благополучие, – продолжал тем временем старик, – не решили моих проблем. Моя дочь умерла, а жена и сыновья покинули меня, и с тех пор я живу здесь один. Долгое время я ничего о них не слышал и лишь много лет спустя узнал, что все они умерли. Дети так и не женились, так что наследников у меня не осталось. Правда, был у меня брат, он тоже перебрался в Америку, но тоже скончался.

– Очень печально, – сказала Нэнси, Бесс и Джордж вздохнули в знак сочувствия.

– Все по заслугам, – сказал мистер Сидни.

 – Если успех делает тебя скупцом, теряешь то, чего ни за какие деньги не купишь.

– Но ведь преуспевающий человек, – заговорила Бесс, – должен делать миру и людям добро.

– Мною руководила гордыня, а не желание делать добро, – сказал старик.

Аса был столь угнетен, что Нэнси встала с места и положила руку на его вздрагивающее от рыданий плечо.

– Простите, если мы ненароком пробудили печальные воспоминания. Прошу вас, не стоит так унывать.

– Унывать? Да я обречен быть самым печальным из живущих на земле! Вместо того, чтобы пребывать в доме, куда тебя приходят навещать любящие родичи, я всю жизнь прожил, наблюдая один раздор между людьми.

Вместо щедрости – жадность, вместо любви – ненависть!

Нэнси искоса посмотрела на своих подруг. Те незаметно пожали плечами. Им об этих раздорах явно ничего не было известно.

Аса Сидни выпрямился и огляделся.

– Я должен извиниться, дорогие мои, за то, что утомляю вас рассказом о печалях полувековой давности.

Так за добро не платят. Осталось там у нас немного фруктового пунша? Выпьем за новый мир электроники, космических кораблей, путешествий на Луну – и всегда и везде восковых свечей. Ура!

Зазвенели бокалы, и все сделали по глотку. Бесс принялась задумчиво разглядывать коктейльную вишенку, приставшую ко дну ее бокала.

Аса Сидни явно устал, и, поняв это, Нэнси сказала, что им пора. Поднимаясь со стульев, все услышали донесшийся снаружи душераздирающий крик. Нэнси бросилась к окну и выглянула во двор.

Сначала никого не было видно, но почти сразу из гостиницы выскочил Джемитт и принялся озираться вокруг. Было видно, что он тоже находился в замешательстве.

– Мне надо идти, – сказала Кэрол и поспешно побежала вниз по лестнице.

Остальные, пожелав мистеру Сидни спокойной ночи, последовали за ней. На первом этаже они столкнулись с Джемиттом, который как раз возвращался в гостиницу.

– Что за шум? – поинтересовалась Нэнси.

– А бог его знает.