Нэнси Дрю и привидение Блэквуд-Холла

Зал погрузился в тишину. Нэнси напряженно следила за происходящим, стараясь не упустить ни одной детали. Седобородый сидел абсолютно неподвижно, глядя прямо перед собой. Вскоре на его лице промелькнула улыбка.

– Я чувствую, духи близко, – еле слышно произнес старик.

И не успели эти слова слететь с его губ, как откуда-то раздались три глухих удара. Ведущий явно интерпретировал их как сообщение: «мы здесь» и с довольным видом пригласил участников задавать вопросы. Один удар будет означать «да», пояснил он, два – «нет», а пять – что обратившегося к потусторонним силам подстерегает страшная опасность и он должен принять всевозможные меры предосторожности, чтобы избежать ее.

Еще несколько секунд никто не нарушал молчания. Дух издал три новых удара – на сей раз более резких. Тогда одна из женщин за столом робко спросила:

– Долго будет болеть мой ребенок?

Ответом послужили два отчетливых удара, и дама издала вздох облегчения. Снова наступило безмолвие. Нэнси ощутила, как Бесс наклонилась вперед, и, взглянув на нее краем глаза, увидела, что та всецело захвачена происходящим.

Почувствовав, что с ее губ вот-вот сорвется вопрос, и опасаясь, что он может коснуться тайны миссис Путни, сыщица в свою очередь нагнулась вперед и шепнула прямо в ухо подруги: «Умоляю, ни слова!»

– Тишина! – строго крикнул старик во главе стола. – Вы что, хотите отпугнуть благоволящего нам духа? Горе и несчастье ждут того, кто помешает ему!

На этих словах свет, и без того тусклый, замигал и совсем погас. Комната погрузилась в полный мрак.

Внезапно на стене – прямо над портретом женщины в белом – возник слабый огонек. С каждой секундой он становился все ярче, пока наконец не возник удивительный эффект: всем показалось, будто фигура на картине обретает вещественную форму. Бесс и Дордж с двух сторон теснее прижались к Нэнси.

Вдобавок Бесс нервно вцепилась в локоть подруги так, что та даже поморщилась от боли. В следующее мгновение троица ахнула.

Портрет ожил!

Седобородый старец поднялся со своего места.

– Добрые люди! – провозгласил он. – Амура снизошла к нам. Но говорить она готова только о самом важном и сокровенном. Нельзя подходить к ней ближе, не то ветер в одно мгновение унесет бесплотный дух!

– О Амура, молю, ответь, – воззвала к призраку молодая женщина из дальнего угла, – если Томас вернется ко мне, выйду ли я за него замуж?

Амура опустила глаза и кивнула.

– О, благодарю, благодарю тебя! – с восторгом в голосе воскликнула вопрошавшая.