Нэнси Дрю и тайна лихой наездницы

 – Она бросила вожжи Пейтон и, не дожидаясь ответа, зашагала прочь.

Мы с друзьями подошли к Пейтон.

– Так когда будет известно, победила ты или нет?

– И если кто-нибудь еще пройдет круг чисто, тогда начнутся заезды на вылет или как? – не давая ей ответить, добавила Джордж. – По телику за ними классно наблюдать.

– В этом конкуре заездов на вылет нет. – Пейтон отстегнула затянутый на подбородке жокейский шлем и повела гнедого по дорожке, ведущей к конюшням. – Так что остается ждать окончательного распределения мест.

– На вылет нет? – Джордж была явно разочарована.

– Увы. Ты уж извини. – Пейтон улыбнулась. – На Гран-при, наверное, будут, так что приходи.

– Круто. – Джордж сразу оживилась.

– Ладно, могу лишь повторить, что сегодня ты была на высоте. – Я искоса посмотрела на Джордж. – И не важно, есть заезды на вылет или нет.

– Ну да, – согласилась Бесс. – Особенно если иметь в виду то, что ты услышала перед стартом.

Пейтон пожала плечами:

– Я уже давно, с тех самых пор, как начала ездить на пони, взяла себе за правило: когда я на круге, не отвлекаться ни на что.

Мне просто надо сосредоточиться и хорошо делать свою работу, что бы там вокруг ни происходило. – Она выдавила из себя кривую улыбку. – Папа называет это Знаком Эванс.

– Знак Эванс? – широко улыбнулась Джордж. – Здо?рово, мне нравится. Надо бы и себе придумать какой-нибудь девиз. – Она на секунду задумалась. – Как насчет Фейн Неистовая? – Она приняла позу героини пьесы.

– А может, лучше, Фейн-Недотепа? – предложила Бесс.

– Все лучше, чем Бесс Марвин-Бедолага. – Джордж метнула на кузину недовольный взгляд, и мы с Недом рассмеялись.

Остаток пути мы провели, придумывая друг другу всякие обидные прозвища, но, добравшись до конюшни, сразу оставили это занятие. Слишком много там можно было увидеть. Лошади вытягивали шеи, каждая из своего стойла. Повсюду суетились жокеи. В глубине конюшни кузнец вгонял гвозди в подкову какой-то терпеливой лошади.

Мы двинулись по проходу в противоположную сторону и столкнулись с молодой женщиной.

На ней были джинсы и невысокие сапоги, из одного заднего кармана высовывалась тряпка, из другого – щетка для чистки копыт. Волосы у нее были растрепаны, спереди на футболке – большое зеленоватое пятно.

– Извини, что не встретила на ипподроме, Пейтон, – задыхаясь, сказала она. – Давай его сюда.

– Спасибо, Пен. – Пейтон передала ей вожжи, и та, воркуя что-то себе под нос, повела гнедого прочь.