Диссонанс

С левой стороны от Крэйн сидела Болтон, представительница научного направления. Ее темные волосы, в которых густо серебрилась седина, были примерно такой же длины, как у меня, но заплетены во множество мелких косичек и схвачены сзади в «хвост». Темно-карие глаза, казалось, пронзали меня насквозь. Поджав от нервного напряжения пальцы ног, я пыталась угадать свое будущее по трем обращенным ко мне лицам.

Выражение узкого лица мужчины с длинным прямым носом, сидящего справа, расшифровать было нетрудно, но от этого, увы, легче мне не стало.

Стального оттенка волосы с проседью были зачесаны назад, открывая высокий лоб. Вероятно, многие сочли бы его внешность аристократической. При виде Монти уголки его губ на секунду оттянулись назад, придав лицу высокомерное выражение. Это был Член Совета Латтимер, представлявший прикладников.

До сегодняшнего дня эти люди были для меня, как и для многих других Путешественников, лишь именами – точнее, фамилиями. Именно они были напечатаны на конвертах официальных писем, которые я ежегодно получала в июне.

В них меня поздравляли с очередным успешно оконченным годом и приглашали продолжить обучение. Именно они упоминались в разговорах за обедом, когда мы с родителями обсуждали какие-то важные изменения в правилах и инструкциях, и в классе. Однако для меня Члены Совета не являлись реальными людьми.

Теперь, когда я видела их прямо перед собой, в них, с моей точки зрения, было еще меньше человеческого, чем прежде.

Я посмотрела на Монти в надежде на то, что он меня как-то подбодрит.

Но он внимательно изучал пуговицы на своем пиджаке, поглядывая на дверь, словно прикидывал возможности бегства.

– Давайте начнем, – произнесла Член Совета Крэйн.

Я напрягла ноги, боясь, что у меня вот-вот подогнутся колени.

– Итак, вчера мы получили доклад, согласно которому во время Путешествия, совершаемого в присутствии сопровождающего, вы разрушили параллельный мир, звучащий на очень специфической частоте…

Крэйн принялась зачитывать с листа, который она держала перед собой, параметры частоты, состоявшие из двух десятков цифр.

– Это был несчастный случай, – вставила я детским, постыдно высоким голосом.

– Любой несчастный случай есть результат выбора, – жестко произнесла Болтон.

Прежде чем я успела что-либо сказать, Латтимер предостерегающим жестом поднял руку:

– Мы здесь не для того, чтобы выслушивать ваше мнение или оправдания. Мы обсуждаем только конкретный результат случившегося – и свидетельства очевидцев.