Обратная сторона Луны

 – Ею можно любоваться бесконечно…

– То-то вы вчера так засиделись, что за твоими друзьями пришли родители, – напомнил, вредничая, робот. – Разве это дело, чтобы маленькие еноты и лисички так надолго задерживались в гостях?

– Зануда ты, Роби, – фыркнул Ник, обуваясь.

– Я не зануда. В меня не заложена такая функция, – ответил Роби, перемещаясь вслед за Ником в ванную комнату.

– Ты всегда так говоришь, а сам… – пробурчал Ник, поворачивая ручку крана.

– Ник, пожалуйста, следи за своей речью, ты опять недоговариваешь фразы, – отчитывал его робот, попутно наводя глянец на зеркало.

– И фрафы договаривай и фубы одновременно фисти! – не очень-то внятно возмутился Ник, не вытаскивая изо рта зубной щётки. – Фто ты ко мне прифтал?!

– Твоя мама велела мне обязательно обращать внимание на то, как ты говоришь, – ответил Роби. – А я отвечаю за тебя перед твоими родителями, это моя основная обязанность.

Ник шумно прополоскал рот и обернулся к роботу:

– А что, мама ещё не пришла?

– Тебе же известно, что у неё ночное дежурство в больнице.

Мама Ника была детским врачом. Её очень ценили на работе, а маленькие пациенты просто обожали. Для каждого она находила и доброе слово, и нужное лекарство. Ник даже немного ревновал маму к малышам, которых она лечила, но тщательно это скрывал.

– Дежурство, дежурство… вечно у неё дежурство, – бормотал Ник по дороге в столовую, где, как всегда по утрам, уже был накрыт завтрак: фрукты, свежевыпеченный хлеб и аппетитно скворчащая яичница, – а папа вообще на гастролях!

– У твоих родителей очень важная и полезная для общества работа, – важно заметил робот, разливая ароматный чай.

– Я знаю, Роби. Те, у кого есть талант, как у папы к музыке, или кто нашёл своё настоящее призвание, как мама, – самые уважаемые граждане…

Мамонтёнок вдруг отчего-то смутился и тихо добавил уже другим тоном:

– А вдруг я недостаточно талантливый, чтобы быть музыкантом? Вот когда играет папа – все слушают, затаив дыхание, а когда играю я – даже у тебя начинает болеть голова.

– Глупости! – возразил робот. – Ты преувеличиваешь. У меня не может болеть голова, я ведь металлический. Лучше ешь яичницу, а то остынет.

– Да я же не о том говорю! – с досадой поморщился Ник.

– Я понял твою мысль. – Роби распахнул окно и указал на клумбы и кустарники – все сплошь в цветущих бутонах. – Вот смотри: на свете есть много цветов. Все они разные, но каждый по-своему прекрасен. Так и луняне.