Обручье

Сахар приобрёл слегка загорелый оттенок, и его стало заметно больше.

– Короче, старуха их чуть клюкой не пришибла! Злая оказалась, прям Баба–яга.

– И чего? – с тревогой спросила Лиска. Неужели её тоже пошлют собирать этот самый фольклор? Лиска и без того терпеть не могла знакомиться с посторонними, а тут ещё и клюкой рискуешь получить.

– А ничего. Марго девчонкам велела в теньке сидеть, а сама двинула с бабкой разбираться. Только ничего у ней не вышло, вот как! Послала её бабка по тому же адресу. Конечно, это Марго не по губе, а тут мы со своим разговорчивым дедом, как соль на рану!

Все помолчали, то ли из сочувствия к Марго, то ли по какой–то другой причине, только равнодушный дождь сильнее зашумел по крыше.

– А что за предание–то? Объясните подробно, а то одни разговоры – колдун, могила… Он что, правда тут где–то похоронен? – нарушила молчание Лиска.

– Судя по всему, речь идёт о языческом жреце, вернее о волхве, – начал объяснять Вася. – Видишь ли, в здешних местах культ звериного бога Велеса продержался долго, даже христианство его не вытеснило.

В Ростове вообще половина города языческой была, Велесов конец называлась. Князь Ярослав (который Мудрый) церкви строил, но и капища не сносил.

– Да ты толком расскажи, чего мямлишь! – возмутилась Катька. – Жрецы какие–то, Велесы, она же не юный археолог во всей этой ерунде разбираться! Просто надо говорить, чтоб интересно было! Давным–давно, ещё до татарского нашествия, тут жил колдун. Люди его боялись, потому что он мог перекидываться в диких зверей, и все животные его слушались.

На Волгу кидал свой плащ и на нем стоял запросто, не тонул. Жутко могучий, словом. Ему должны были приносить коров разных, барашков, а он за это гарантировал хорошую погоду и всякую удачу.

– Типичный жрец, я же говорю. Обычай жертвоприношений у славян… – начал Вася, но Катя изо всех сил треснула банкой по столу.

– Да что же это такое? Кто рассказывает, ты или я? И вообще… кто–то трубу не домазал! Иди вон, если скучно, поработай или не мешай!

Она свирепо уставилась на Васю, который сразу стал ещё больше похож на мультяшного Филю.

Лиска поспешно спросила:

– А дальше–то что?

– Короче, этого колдуна никто не трогал, он процветал, ну и в итоге зарвался. – Катька последний раз испепелила Васю взглядом и продолжала, моментально увлекаясь: – Начал требовать человечьих жертв! Прикинь, до чего обнаглел – захотел убить то ли сестру, то ли дочку вождя!

– Кузнеца! – буркнул Вася.