Крепость. Кошмар наяву и по расписанию

Кожа на туловище обгорела настолько, что его кровавого цвета рёбра были отчётливо видны. Бледно-красные кости на локтях торчали, будто были обглоданы дикими зверями. Зубы вернули свою прежнюю форму, но уже без налёта и без гнили на дёснах, которая обгорела. Кожа на лице сгорела почти полностью. Череп предстал целиком обнажённым. Вместо глаз образовались две тёмные впадины. Левая малоберцовая кость медленно отходила от колена и вскоре отвалилась. Правая рука оторвалась от плеча и тело покосилось, развернувшись спиной, на которой виднелись участки почти нетронутой огнём кожи.

Череп отвалился, прокатившись по каменному полотну до тех пор, пока не достиг башмаков впереди стоявших зрителей. Вскоре отошла правая нога. На столбе весело тело, в очертаниях которого с трудом можно было разглядеть человека: туловище без головы, с одной рукой и половиной ноги.

Со временем инквизитор стал обращать внимание на то, как хворост заканчивается, из-за чего костёр постепенно угасает. Он приказал долить масло.

Ассистент взял ведро, подошёл к огню и вылил масло перед собой, после чего огонь заполыхал с новой силой. Теперь даже от костей ничего не оставалось.

После того, как тело свалилось и уже догорало на земле, у жителей замка начал испаряться тот страх, в который они погрузились в последние мгновения жизни Анатаса.

Спустя какое-то время костёр погас. Останки тела продолжали дымиться. Толпа потихоньку расходилась. На королевском балконе уже никого не наблюдалось. Солнце ушло за горизонт, а на центральной площади начал медленно подниматься ветер, что вскоре забрал с собой прах Анатаса.

ГЛАВА II: ДЕЯНИЯ САТАНЫ

1. ПОСЛАНИЕ АББАТУ

По пути в монастырь аббат Исаак размышлял над тем, как арестованный сообщил ему своё имя, перед тем как покинуть темницу. Аббат пытался понять причину этого поступка. Заключённый выкрикивал слова в спешке и понимал, что не получит ещё одной возможности поговорить со священником.

Добравшись до монастыря, отец Исаак отправился в свои покои, зажёг лампу, взял бумагу, перо с чернилами и начал старательно искать нечто такое, что, возможно, приговорённый к смерти пытался передать через своё имя.

Нанося имя на бумагу, аббат стал подробно разбирать его по частям. После каждой попытки отец Исаак перечёркивал свои предположения на бумаге. Он сопоставлял буквы в имени с порядковым номером в латинском алфавите, которому соответствовала каждая буква.