Огни в озере

Айви тем временем вытащила чистый лист бумаги и ручку.

– Мы должны написать нашим тетушкам и поблагодарить их, – сказала она. – Мне до сих пор не верится, что они нам и прислали разрешение, и деньги.

– Мне тоже до сих пор не верится, – кивнула я, захлопнула крышку чемодана и, сев на нее, стала подскакивать как в седле. – Чу?дная неделя у нас впереди!

Глава пятая. Айви

Настал заветный день, когда должно было начаться наше путешествие. Скарлет так ждала его, что проснулась в то утро сама, не дожидаясь побудки.

Слегка разлепив глаза, я смотрела, как она, соскочив с кровати, тут же начала вытаскивать из-под нее свой дорожный чемодан.

– Скарлет, – слабым сонным голосом протянула я. – Мы уезжаем не сейчас. Мы уезжаем после обеда. В четыре часа.

– И что с того? – ухмыльнулась в ответ сестра. – Ты что, забыла наш девиз «Всегда готов!»?

Я со стоном приподнялась на локте и свободной рукой швырнула в Скарлет подушку.

– Руквудская школа – это тебе не летний лагерь для скаутов, – нравоучительно заметила я.

 – Здесь совсем другой девиз: «Все легко для того, у кого есть крылья».

– Дурацкий девиз, – сказала Скарлет, швыряя подушку назад, в меня. – Так мог сказать только тот, кто не пробовал поднять мой чемодан.

– Да ладно, что ты туда напихала, если его стало невозможно поднять? – спросила я, зевая. – У тебя же вещей-то кот наплакал!

Скарлет щелкнула застежками и откинула кожаную крышку чемодана. Он был до самого верха забит банками и свертками, от которых сразу так запахло сахаром и ванилью, что у меня закружилась голова.

– Ариадна попросила меня взять часть ее припасов, – пояснила Скарлет. – К ней они просто не влезали – места не хватило.

Ну кто еще мог так основательно запастись сладостями для тайных ночных пирушек, кроме Ариадны!

Мы с сестрой оделись и отправились на завтрак. К сожалению, утренние уроки сегодня не отменили даже в честь отъезда, и до обеда пришлось учиться. Но даже это грустное обстоятельство ничуть не портило настроения моей сестре, которая буквально дрожала от нетерпения, считая часы и минуты, которые нам оставалось провести в школе.

– До отъезда осталось всего восемь часов! – возбужденно шептала она, возя ложкой в своей тарелке. – А затем – прощай, холодная овсянка, и ты, Руквуд, прощай!

– Не «прощай», а «до свидания», – с усмешкой поправила я ее. – Мы же вернемся сюда.

– Я сейчас и думать об этом не хочу, – возразила она. – И не порть мне настроение.