Ограбление в «Шотландском соколе»

 – Хотя киношников это, конечно, не волнует.

– А та девушка, которая рядом с ней, кто она?

– Это её помощница, секретарь. Её зовут Люси Медоуз.

Хол посмотрел на Люси, потом перевёл взгляд на актрису. Сьерра Найт смотрела в окно. Хол не сразу понял, что её там привлекло, но потом, когда Сьерра сложила губы трубочкой, ему стало ясно, что она просто изучает своё отражение.

– Слушай, Люси, – вдруг сказала она, тронув свою помощницу за руку, – а что, если нам сделать кадр с паровозом? Допустим, я стою, облокотившись на какую-нибудь железяку, и с тонким налётом романтизма смотрю прямо в камеру.

 – Она улыбнулась, очень довольная собой. – Мы пошлём эту фотографию сценаристу, пусть он проникнется моим настроением. Запиши себе в ежедневник, что мы должны сделать фотосессию с паровозом.

Люси Медоуз молча раскрыла ежедневник, достала ручку и что-то записала. Сидящий напротив Стивен Пикль шумно отхлебнул с ложки гороховый суп. Он старался не слушать жену, которая без конца говорила о своей потерянной броши.

– Как я её любила! – вздыхала Лидия. – Таких, в форме банта, наверное, уже больше не делают. Стивен! Ювелир говорил, что эта вещь просто уникальна. Одни бриллианты стоят целое состояние. А ты заметил, что все обратили внимание на эту брошь, как только я села на поезд? И вот я её потеряла. Какая же я растяпа! Но мы ведь ещё поищем её, да? Все вместе, хорошо?

– Разумеется, мы поищем, – ответила Люси, почувствовав на себе взгляд. – Я уверена, мы её найдём.

– Когда мы были в зимнем саду и пили шампанское, она ещё была на мне.

А потом я гляжу, её уже нет. – И женщина, как ребёнок, надула нижнюю губу, готовая заплакать.

– А может, ты всё перепутала, дорогая? – сказал Стивен. – А сама её даже не надела. Или тебе показалось, что надела.

– Ничего мне не показалось. Она на мне была!

«Точно была», – подумал Хол. Он вспомнил, как Лидия проходила мимо и как звякал бокал, когда соприкасался с бриллиантами этой броши.

– Надеюсь, ты не забыла её застраховать, – сказал мистер Пикль, отламывая хлеб.

– Нет, кажется, не забыла, – ответила жена.

Когда «Шотландский сокол» проезжал через город Стивенидж, официантка выкатила в проход знакомый сервировочный столик, накрытый длинной белой скатертью, и стала подавать вторые блюда. На второе был огромный кусок запечённой телятины, каждому отрезали столько ломтиков, сколько он попросит. Хол внимательно следил за нижним краем скатерти, надеясь уловить малейшее движение внутри.