Ограбление в «Шотландском соколе»

По полу были раскиданы карты. Ага, значит, кто-то раскладывал пасьянс. Он достал блокнот, вытащил из пружинки ручку и приготовился зарисовать всё то, что увидел.

– Попался! – раздалось сзади, и тут же лязгнула, закрываясь, дверь.

С испугом он обернулся. Перед ним стояла смуглая девочка в футболке и джинсовом комбинезоне. Руки у неё были сложены на груди, на губах играла ехидная улыбка, глаза пылали зелёным огнём. Это была она. Та самая девочка, что когда-то показала ему язык.

Секунду Хол стоял неподвижно, не дыша, потом перевёл дыхание.

Фу-ты! Девчонка как девчонка. Как она сюда попала? Но тут Хол заметил, что у неё на поясе висит небольшая сумка для инструментов. Оттуда торчали несколько отвёрток, разводной ключ и универсальный швейцарский армейский нож. Понятно, значит, она вскрыла замок.

Хол прокашлялся.

– Кто это попался? – хрипло сказал он и снова прокашлялся. – Это я тебя поймал.

Он демонстративно убрал в карман свой блокнот и расправил плечи. Шевельнул бицепсами. Но девочка проигнорировала его воинственный вид.

– А ты кто? – спросила она.

– Я?

– Что ты делаешь в моём купе?

– Это твоё купе? – Хол даже растерялся. – Это не твоё купе! Это королевская спальня. А вот что в ней делаешь ты?

– Я? Не важно, что делаю я, потому что сейчас в ней ты. Я застукала тебя. У тебя, парень, похоже, большие проблемы, – понизив свой тонкий девчачий голос, произнесла она так, как это делают в кино, а затем покачала своей маленькой чёрной головкой.

– Да? Это у тебя сейчас будут проблемы.

И это ты сядешь в тюрьму! – пригрозил Хол. – Я знаю, кто совершил все эти кражи.

– Какие кражи? – нахмурилась девочка.

– Будто ты не знаешь. Вчера пропали драгоценности миссис Пикль и леди Лэнсбери. Все думают, что они украдены. На следующей остановке здесь будет полиция.

– Что за ерунда! – возмутилась девочка. – Я-то тут при чём? Это ты шаришь по чужим вагонам. Так что ты, наверное, и вор.

– Я?!

– А кто? Ну не я же. Я не дура. Я тут вообще еду зайцем.

– Чего?

– Чего слышал.

– Ты едешь зайцем? – Хол совсем растерялся. Этого он никак не ожидал. – Но зачем?

– Затем, что я не могла упустить такую возможность. Это чтобы в последний раз прокатиться на «Шотландском соколе». Папа мне не разрешал. Он сказал, что этот поезд не для детей. Теперь я вижу, что он ошибался.

И она смерила подростка с головы до ног, словно вычисляя его рост и возраст. Хол снова невольно кашлянул.

– Ну, это… Я вообще-то не собирался. Но дядя настоял.