Зов плоти

Белая пелена медленно развеивалась, но способность управлять телом вернулась ещё не в полной мере. Девушка кое-как убрала со лба налипшие огненно-рыжие волосы и прикрыла глаза, сосредотачиваясь на отголосках оргазма. Поток воздуха из кондиционера приятно холодил кожу, высушивая пот и лаская расслабляющиеся соски и клитор.

Оставшийся без направляющей руки дилдо с влажным звуком выскользнул из влагалища, оставив ощущение пустоты. Весь вечер Эль терзала себя различными игрушками, так что теперь, когда внутри ничего не было, она чувствовала себя неполной.

«В следующий раз надо взять игрушку, которая не выскользнет, – вяло подумала Эль. – Может, ещё добавить анальную пробку? Если поколдовать с прогой, можно попробовать заставить пробку вибрировать в ритме ударных, а дилдо – в ритме струнных. О, ещё надо бы достать вибрирующий пирсинг, я всё ленилась менять украшения перед…».

Не завершив мысль, Эль погрузилась в сон.

Девушку вырвал из сна настойчивый сигнал интеркома.

– Стервяботы, общий сбор!

Протестующе застонав, Эль села на койке.

– Мы что, в детском мультике… – пробурчала она, кое-как причёсывая пятернёй короткие волосы.

Капитан никогда не собирал команду без веской причины. Поэтому если он объявлял общий сбор (каждый раз прибегая к видоизменённой цитате из какого-то древнего фильма. Доран любил иногда вставлять фразочки из культурных артефактов дремучего прошлого), следовало поспешить.

Эль оделась, жалея, что не успевает принять душ. Кожа была липкой, от девушки всё ещё пахло сексом. Команда ничего не скажет, они уважали личные границы каждого, и всё же…

Только по пути в кают-компанию ей пришло в голову: стоило бы достать из ящика свежие трусики, а не натягивать ещё влажные от её соков. Но возвращаться было поздно.

Капитан Доран, привлекательный брюнет средних лет с лицом и шеей, смуглыми от космического загара, уже ждал в своём кресле.

О своей эскадрилье Доран неизменно отзывался тепло, а с курткой не расставался, с гордостью демонстрируя символику всей галактике. Однако никогда не рассказывал, почему решил из пилота-истребителя переквалифицироваться в мусорщика-мародёра, мотающегося по Бездне и собирающего предположительно дорогой хлам.